Борис Иванов - Ночь Пса

Господин комиссар зло крякнул, проверил оружие, снова повернулся к люку и, упредив скрывающегося внизу потенциального противника, что они имеют дело с представителями закона, двинулся вниз. За ним – ощетинясь разрядниками – поспешили Филдинг и Старинов.

Свет фонариков прорезал столбы потревоженной пыли и скорее мешал разглядеть что-либо в заставленном и заваленном самым невероятным хламом помещении. Не без труда комиссар нащупал по левую сторону от лестницы выключатель и под потолком вспыхнула пара пыльных софитов.

– Боже мой... – тихо пробормотал Филдинг.

Послуживший местом короткого, идиотского, но довольно кровопролитного сражения полуподвал быстро заполнился людьми, молчаливо и энергично выполняющими каждый – свое дело. Четверка медиков вкалывала раненым фиксатор, обрабатывала раны биогелем и выносила – одного за другим, на раскладных носилках. Пара фотографов фиксировала все, что могла в памяти своих камер, еще тройка экспертов крутилась под ногами у всех остальных со специальными лампами, пробозаборниками и другой непонятной техникой. Впрочем, они тоже кончили свое дело в считанные минуты. Последними отстрелялись дежурные подметалы. Выпущенное ими море санитарной пены поглотило и обесцветило лужицы крови, застоявшейся на полу, после чего в прах обратилась и сама пена.

После этого, из спуска в подземный ход вылезли, отплевываясь и очищая себя от паутины, Мариус и Филдинг.

– Там – целый лабиринт, – доложил Сэм. – Кажется – бывший узел подземки. Времен зекстроя... Или – что-то в этом духе. На поверхность ведут с пол-дюжины выходов – на Пречистую и на Китайские заводи... Забраны только съемными решетками. Судя по всему, кто-то через эту систему от нас ушел – наслежено сильно. Крови нет – судя по всему не ранен...

– Кстати, о раненых, – заметил, подпиравший стенку Каспер. – Один из них – лысый такой – все поминал о какой-то квитанции...

– Квитанций здесь нашли – море, – вздохнул комиссар. – Экспертиза их забрала – прогнать через компьютер. Завтра доложат...

– Пломбируем помещение? – осведомился сверху Старинов.

Роше снова тяжело вздохнул.

– Операция проходит как секретная. По инструкции – оставляем все как есть. Нашумели мы, конечно, сильно, и сюда еще дня два никто носа не сунет. Но на всякий случай – пришли сюда Каховского – он у нас с обеда без дела прохлаждается. Пусть присмотрит вокруг... Пошли, ребята...

Полутемная улица Темной Воды наконец опустела, и только через несколько минут вдали раздались приближающиеся и нетвердые шаги.

Счастливчик долго крутил ключом в старинном замке Проката, потом, чертыхаясь и рискуя поломать ноги, спустился в полуподвал и долго озирался в освещенном только яйцами дурацкого паука скопище хлама.

– Ну и бардак тут у нас с Мепистоппелем... – с тоскливым восторгом умозаключил он и прихватил с подоконника оставленный давеча кисет с Трубочником. Хитроватый бес Пестрой Веры выглядел невозмутимо – он свое дело знал.

Тони вздохнул, порылся в скрипучем – времен Реставрации – секретере и вытащил оттуда хорошо ему известную Мепистоппелеву заначку – плоскую фляжку коньяку из Метрополии. Отхлебнул сколько получилось, вернул емкость на место и убыл.

Вслед за ним, по темной улице потихоньку затрусил приблудный пес – шелудивый, одно ухо – рваное. Он уже давно пристал к Тони, но тот был не против этого эскорта – все какая-то компания.

Еще минут через пять-шесть свой пост в ночном кафе-автомате – наискосок от Проката – занял сержант Каховский.

– Мерзкая выдумка – эти тензионные гранаты... – морщась, вздохнул комиссар, разглаживая на столе перед собой снятую с принтера распечатку.– Никакой взрывчатки – вся энергия в напряженной керамике. Потом – бах! И осколочки летят во все стороны что твои метеориты. И никакой ударной волны. Только осколки и электрический разряд – за счет пьезоэффекта... Мелкие такие осколочки... острые как шило... Из человека в долю секунды получается решето – а он еще ничего не замечает... Нельзя такие вещи давать в руки нервным типам. А лучше всего – собрать всю эту дрянь – и утопить в болоте...

– Откуда там взялись – в оффисе этом – люди Магира? – поинтересовался Ким. – Ведь агент Таневич – Мариус – контролировал там положение практически весь день...

– Только с часу дня, – вздохнул Роше. – Эти стервецы, видно, проникли туда раньше... И перебирали всю контору по соломинке... Теперь ясно, что это Гонсало навел их на след. А на Гонсало – господин Смирный. Никогда не стоит верить народу из министерств. Там много любителей поторговать секретами...