Дин Кунц - Властители душ

Будь осторожнее, подозрительнее, все время начеку, напомнил он себе уже второй раз за этот день. Перед такими агрессивными типами, как эти, осторожность была жалким щитом, но это было единственным средством защиты Огдена.

Он заговорил:

– Десять лет Институт Брокерта, находящийся в ведении Пентагона, занимался изучением подсознательного извещения. Нас не интересовали технические, теоретические или социологические аспекты проблемы; над этим работали другие. Мы касались исключительно биологических механизмов подсознательной передачи информации и восприятия. С самого начала мы разрабатывали препарат, который мог бы "подготавливать" мозг для подсознательного восприятия, препарат, который позволил бы человеку воспринимать любую подсознательную команду, направленную ему.

Ученые в другой лаборатории Си-Ди-Эй в северной Калифорнии пытались синтезировать вирусный или бактериологический компонент в тех же целях. Но они были на ложном пути. Он знал это лишь потому, что на правильном был он сам.

– В настоящее время возможно использовать подсознание, чтобы влиять на людей, у которых нет твердых мнений о том или ином предмете или продукте. Но Пентагон хочет получить возможность использовать подсознательные сообщения, чтобы менять основные представления людей, имеющих твердые убеждения – очень твердые, в которых они упорствуют.

– Мысленный контроль, – бесстрастно кивнул Клингер.

Даусон лишь отхлебнул бренди.

– Если подобный наркотик был бы синтезирован, – продолжал Салсбери, – весь ход истории изменился бы. И это не преувеличение. С одной стороны, были бы исключены войны, по крайней мере, в традиционном понимании. Мы просто ввели бы наркотик в запасы воды наших врагов, а затем воздействовали бы через их собственные средства массовой информации: телевидение, радио, кино, газеты и журналы – продолжающейся серией тщательно структурированных подсознательных доводов, которые убедили бы их смотреть на вещи нашими глазами. Постепенно, незаметно мы превратили бы врагов в союзников – и заставили бы их считать, что подобная перемена произошла по их собственному решению.

Его слушатели примерно минуту молчали, переваривая сказанное.

Клингер закурил сигарету. Потом произнес:

– Нашлось бы немало поводов для использования этого наркотика и дома.

– Разумеется, – согласился Салсбери.

– В конечном итоге, – почти тоскливо протянул Даусон, – мы могли бы достичь национального единства и положили бы конец всем распрям, несогласию и протестам, которые раздирают эту великую страну.

Огден отвернулся от них и взглянул в окно. Ночная тьма полностью поглотила озеро. Он различал звук волн, бьющихся о лодочный причал всего в нескольких футах под ним, прямо за стеклом. Он слушал и позволял ритмичным звукам успокаивать себя. Теперь, уверенный, что Клингер станет сотрудничать с ними, он видел невероятное будущее, открывшееся перед ним, и был настолько захвачен воображаемым, что не мог заставить себя говорить дальше.

За его спиной Клингер произнес:

– Ты считаешься руководителем исследований в Брокерте. Но ты явно не кабинетная крыса.

– Несколько направлений разработок я оставил за собой, – признался Салсбери.

– И ты открыл действующий препарат, наркотик, который подготавливает мозг для восприятия?

– Три месяца назад, – сказал Огден, по-прежнему глядя в стекло.

– Кто знает об этом?

– Мы трое.

– И никто в Брокерте?

– Никто.

– Даже если ты и оставил за собой, как ты говоришь, какие-то направления разработок, у тебя должен быть лаборант.

– Он совсем неспособный, – пояснил Салсбери. – Вот почему я и выбрал его. Шесть лет назад. Клингер спросил:

– И ты думал о том, чтобы присвоить открытие себе, уже так давно?

– Да.

– Ты подделывал запись своей ежедневной работы? Ту форму, которая отправляется в конце каждой недели в Вашингтон?

– Я фальсифицировал записи только в течение нескольких дней. Когда я понял, к какому результату пришел, я тут же свернул работу и полностью изменил основное направление своих исследований.

– И твой лаборант не заметил фальшивку?

– Он решил, что я оставил пустую жилу исследований, чтобы попробовать другую. Я же сказал вам, что он не слишком-то умен.

Даусон заметил:

– Огдену не нравится полученный им наркотик, Эрнст. Большую часть работы еще предстоит проделать.

– Сколько же это времени? – поинтересовался генерал.