Барри Лонгиер - Мир-Цирк

Палсит кивнул:

– Доктор Шарт, мне хотелось бы рассказать историю твоей жизни у придорожных огней. Для этого я должен знать о тебе все.

Шарт потер руки.

– Никто лучше меня не знает, что мою историю надо рассказать, Палсит, но работы так много, а Военачальники...

– Ладно-ладно, доктор. Те немногие работы, которые я должен исполнять для погашения долга, не займут все время. Над твоим жизнеописанием я могу работать на досуге.

Шарт кивнул, затем ухмыльнулся.

– Я вел дневники еще с Академии и сохранил их все... это пригодится?

Палсит хлопнул в ладоши:

– Чудесно! Они здесь?

– Да. Подожди минуту, я их принесу. – Шарт повернулся и буквально выбежал из лаборатории.

Палсит прошелся по лаборатории, мысленно проговаривая кусочки и отрывки рассказа.

Почти с самых первых дней юный Шарт знал, что предназначен для великих свершений. Единственное, чего не знал блестящий ворлианский ученый, так это как ему придется драться, царапаться и бороться, чтобы достичь цели...

Палсит кивнул, решив, что эту биографию будут охотно слушать у огней.

– Это определенно сыграется.

Палсит остановился перед пультом с циферблатами, шкалами, счетчиками и переключателями. Панель пульта изгибалась дугой, чтобы сидящий перед ним оператор мог легко доставать до всех переключателей и видеть все приборы. Над пультом громоздился большой экран.

– Хм-м-м. – Палсит подошел к креслу и опустился на сиденье.

Капитан Нова сел перед пультом корабля, сжал квадратные челюсти и положил сильную руку на главный рычаг корабельного реактора. Он выждал, пока строй вражеской эскадры не дрогнул, подставив его кораблю бок, и нажал на рычаг, бросая всю энергию в двигатели. Ну а теперь поглядите, как этот мертвяк оживает! Его руки порхали над пультом, поворачивая рубильники, щелкая переключателями, заставляя корабль искать и уничтожать вражеские корабли. Рубку заволокло дымом, и капитан Нова едва успел заметить, что вражеский корабль открыл огонь по нему. Щелкнув еще одним рядом переключателей, Нова выпустил во врага залп торпед, затаил дыхание и засмеялся, когда негодяй разлетелся в пыль...

– Ч-ч-что ты делаешь?

Палсит обернулся. В дверях стоял Шарт с охапкой книг и тетрадей в руках. Ворлианец оглядывал лабораторию, наполненную, как вдруг заметил Палсит, серо-желтой дымкой. Рассказчик снова повернулся к пульту и отдернул от него пальцы, словно их обожгло.

– Прошу прощения, доктор. Я обдумывал рассказ нового типа и, наверное, увлекся...

Шарт с грохотом уронил дневники:

– Ты... ты выключил векторную очистку! – Он подошел к стеллажу с пробирками. Дымка в них не была больше розовой; теперь она была серой. Шарт покачал головой, положил руку на подпорку стеллажа, потом прижался к ней всем телом. – Труд тридцати лет... пропал. Все пропало.

Палсит встал, подошел к стеллажу и ласково положил руку на плечо Шарта.

– Мне очень жаль, доктор. Будь у меня медяки, я бы вложил в твою руку щедрое извинение.

– Пропало. Все пропало.

– Но, доктор... – Палсит потер руки, потом хлопнул Шарта по спине. – Только подумай, как это поможет твоему жизнеописанию.

Шарт оцепенело уставился на Палсита:

– Поможет?

– Ну да! – Палсит вытянул руки. – Быть так близко к успеху, только чтобы победа была вырвана из рук. Однако мужественный ученый не побежден. Он собирается с силами и вновь берется за работу. – Палсит потрепал ворлианца по спине. – Это весьма способствует укреплению характера героя, как по-твоему?

Шарт, оторвавшись от стеллажа, уставился на Палсита широко раскрытыми глазами, потом начал хлопать себя по карманам.

– Пистолет! Где он? Где мой пистолет?

Палсит оглядел лабораторию:

– Не знаю, доктор. Где ты видел его в последний раз? – Рассказчик повернулся и начал искать рядом с изогнутым пультом. – Когда у нас найдется свободная минутка, доктор, я хотел бы обсудить с тобой историю нового типа. Твое мнение, как ученого, было бы очень полезно. – Палсит бросил на пульт последний взгляд, пожал плечами и обернулся. – Я не вижу здесь твоего пистолета, док... – Шарт стоял с пистолетом в руке, целясь рассказчику между глаз.

– Все пропало. Вся моя работа... пропала!

Палсит поднял руки:

– Послушай, доктор...

Шарт выстрелил, но от гнева рука с пистолетом дрогнула, и выстрел зажег магниевый щиток на пульте. Густой белый Дым, сильный жар и слепящий свет – не только пистолет – заставили Палсита подобрать полы мантии и броситься к ближайшей двери.