Алан Фостер - Триумф душ

– Я не стану, братец, спрашивать, каким образом ты ухитрился спасти нас, но пожар остался уже далеко позади, и твари, которые поджигают траву, тоже. Почему бы нам не вернуться обратно?

– Попробуй, – не поворачивая головы, обронил Эхомба. – Только не думаю, что у тебя получится.

Восприняв это как вызов, Симна с силой толкнул прозрачную стену. Две маленькие птички ворковали на ветке кустарника в нескольких дюймах от пальцев Симны. Они даже не встревожились. Было ясно, что они не видят человека и не ощущают его присутствия.

Он надавил сильнее, затем налег всем телом.

Стоящий рядом Алита поднял лапу.

– Дай я попробую.

Но сколько он ни старался, его пятидюймовые когти не причинили стене никакого вреда.

Эхомба терпеливо дождался, пока его друзья удовлетворят свое любопытство, потом повернулся и вновь зашагал на запад. Симне ничего не оставалось, как пойти за ним, по-прежнему сгорая от любопытства. Наконец он не выдержал:

– Что же это за место такое, братец?

– Я уже говорил, когда искал его. Осторожнее, здесь поворот… Нора томувога.

– Разве это похоже на нору?! – Симна бросил взгляд налево, направо. – Ради Гелетарпы, объясни тогда, кто такой томувог? Я ни разу не видел такое существо и даже не слышал о нем.

– Ты никогда его и не увидишь, – ответил Эхомба, – пока не научишься. Даже наумкибу очень нелегко отыскать томувога. Я считался одним из лучших следопытов в деревне. В пищу они не годятся, но порой в трудные минуты их норы, как ты сам мог убедиться, служат прекрасным убежищем. Нам повезло, что мы отыскали ее. – Пастух помолчал, а потом добавил: – Не пора ли нам немного передохнуть?

Сбитый с толку Симна тут же остановился и начал озираться, пытаясь понять, почему отдыхать нужно именно здесь. Ничего особенного он не увидел, о чем и не преминул сказать Эхомбе.

Этиоль уже успел сесть, снять заплечный мешок и оружие. В ответ на слова Симны он терпеливо улыбнулся.

– Вытяни руки и походи вокруг.

Северянин повиновался. К своему немалому удивлению, он обнаружил, что они попали в пещеру не меньше двадцати футов в диаметре. Потолок тоже стал выше, так что Хункапа смог наконец выпрямиться во весь рост, что он с большим удовольствием и сделал.

В одном месте пещеры Симна заметил, что зелено-голубое сияние темнее. Он протянул руку, и она свободно прошла сквозь этот сгусток света.

– Что это? Какое-то искажение?

– Не совсем. – Устроившись поудобнее, Эхомба вытащил из мешка сушеную грушу. – Это гнездо томувога.

Симна поспешно отдернул руку, и Этиоль улыбнулся.

– Не беспокойся. Оно пустое. Сейчас не то время года.

Хункапа, растянувшись на полу, разминал шею и спину, Алита изучал дальнюю стену пещеры, а Симна, глядя на Этиоля, тоже решил подкрепиться. Снаружи, за прозрачными стенами, голубовато-зеленая антилопа методично пощипывала того же цвета траву. Четверых путешественников она не замечала.

– Эти томувоги, – начал северянин, – они на кого похожи?

– Да ни на кого, – ответил Эхомба. – Томувог живет в зазорах между цветами. Мы как раз в таком сейчас и находимся: в промежутке между голубым и зеленым.

– Прости, братец, но это бессмыслица. Есть голубой цвет и есть зеленый. Когда они встречаются, то просто смешиваются, и все. Между ними нет никаких зазоров.

– Обычно нет, – охотно согласился Эхомба, – кроме тех мест, где томувог роет свою нору. Зазор очень маленький – такой маленький, что ни ты, ни я не можем заметить его. Кошки могут. – Он кивнул в ту сторону, где сидел левгеп, плотоядно глядя на антилопу. – Можешь как-нибудь расспросить об этом Алиту.

– Но мы спасались бегством не в каком-то узеньком пространстве, да и сейчас сидим… – Симна обвел глазами камеру.

– Совершенно верно. Потому что эту нору томувог расширял. Он строил гнездо. Стены их нор очень прочны, – добавил он. – Будь иначе, люди то и дело проваливались бы в них.

Симна покрутил пальцем в воздухе.

– А раньше они нам попадались?

– Конечно. Ясное дело, их трудно обнаружить, но они достаточно часто встречаются. Мне вспоминается особенно большая нора в горах возле Недербрае. Еще одна нам повстречалась в пустыне – помнишь, где был мираж с гуриями? Были и другие.

– Ради Джуоита, почему же ты, братец, ни разу мне их не показал?

Эхомба пожал плечами:

– Не было необходимости. Да и вряд ли ты обрадовался бы, угодив в такую нору. Как правило, в них слишком жарко.

– Так они, оказывается, бывают разные?

– Естественно. Все зависит от того, между какими цветами томувог роет нору. Если это красный и желтый, которые, по общему мнению, являются теплыми, то и нора получается жаркой, а то и обжигающей. – Он улыбнулся. – В голубовато-зеленых прохладнее… Лучше всех – темно-синие.