Дэвид Геммел - Кровь-камень

– Не то чтобы нравился и не то чтобы не нравился. Мне его просто жалко было. Как-то раз Сим Джексон ударил его, сшиб с ног прямо в грязь. А Пастырь просто встал и пошел дальше. Мне за него стыдно стало. Я все еще в толк не возьму, как это он перестрелял всех налетчиков. Просто не верится. Думается, он здорово их удивил. Такой сюрприз!

– Да, он человек, полный сюрпризов, – согласился Клем.

Исида стояла перед широким письменным столом и не отрываясь смотрела на Крестоносца, стараясь сдержать гаев. У него были маленькие блестящие глазки, а лицо, как казалось ей, выражало жестокость и высокомерие.

– У вас нет причин арестовывать нашего доктора, – сказала она.

– Когда сюда прибудет Клятвоприимец, мы увидим, есть ли причина или нет, – ответил он. – Мы тут фургонщиков не жалуем. Нам в Доманго не нужны воры и крамольники.

– Мы не воры, сэр. Мы заехали в город поискать работы. Я швея. Иеремия, наш глава, – портной, а доктор Мередит – врач.

– А теперь арестант.

– В чем его обвиняют?

– В попрошайничестве. А теперь иди-ка отсюда, пока я не подобрал для тебя уютной камеры. – Его глаза шарили по ее телу. – А может, ты только того и хочешь? – сально ухмыльнулся он.

– Сомневаюсь, – произнес холодный бас, и, обернувшись, Исида увидела в дверях Йона Шэнноу. Он прошел мимо нее внутрь, не сказав ей ни слова, и остановился перед широким столом. – Я здесь, чтобы сообщить об убийстве, – сказал он.

Крестоносец откинулся на спинку кресла и заложил руки за голову.

– Убийство, говоришь? Где и когда?

– Часах в трех езды на северо-восток отсюда. Убит Хонкин. Застрелен шайкой всадников.

Он заметил, как изменилось лицо Крестоносца, который сразу сел прямо.

– Откуда ты знаешь, что произошло убийство? – спросил он. – Сам видел?

– Видели его дети, – ответил Шэнноу. – И где они теперь?

– В безопасном месте, – ответил Шэнноу.

– Ты видел труп?

– Нет. Но я верю детям.

Крестоносец промолчал, только его пальцы нервно забарабанили по крышке стола.

– Ну ладно, – сказал он наконец. – С этим придется подождать, пока капитан не вернется ближе к вечеру. Почему бы тебе не перекусить где-нибудь и не вернуться попозже?

– Хорошо, – сказал Шэнноу, круто повернулся и вышел. Исида вышла следом за ним.

– Погодите! – крикнула она, когда он сошел с тротуара. – Они заперли тут доктора Мередита!

– Вам лучше держаться от меня подальше, – сказал Шэнноу. – Здесь бродит зло, и оно потянется ко мне.

Исида не успела ничего добавить – он уже переходил через широкую улицу, направляясь к харчевне на той стороне.

– Ты знаешь этого человека? – спросил Крестоносец, подходя к ней.

– Нет, – ответила она, – несколько дней назад он недолго ехал с нашими фургонами, и все.

– Ну, держись от него подальше. С ним недалеко до беды.

– Да. Обязательно, – сказала Исида.

В маленькой харчевне Шэнноу сел спиной к стене. Кроме него, там было трое посетителей. Худой лысеющий мужчина, который закончил есть и читал книгу; коренастый молодой рудокоп с левой рукой в лубке и еще худощавый чернокожий, державший обеими руками кружку с горячей баркеровкой. Мысленно отмахнувшись от первых двух, Шэнноу сосредоточил внимание на чернокожем юноше. На нем была темно-серая шерстяная куртка поверх белой рубашки, и Шэнноу заметил эмалевую рукоятку револьвера в наплечной кобуре у его левого бока.

К столику Шэнноу подошла высокая чернокожая женщина.

– У нас есть хорошие бифштексы, яйца от собственных кур и свежий хлеб утренней выпечки, – сказала она. – А остальное написано вон на той доске.

Шэнноу посмотрел на черную доску, прочел написанное мелом меню.

– Мне, пожалуйста, хлеба с сыром и теплого молока.

– Молока с медом? – спросила она.

– Это было бы хорошо.

Она отошла, а его мысли вернулись к недавнему разговору. Крестоносец держался совсем не так, как следовало ожидать. Никакого удивления, когда Шэнноу заговорил об убийстве, и озабоченность только тем, где теперь дети и видел ли Шэнноу труп. Когда официантка вернулась с кружкой подслащенного молока, Шэнноу поблагодарил ее, а потом спросил вполголоса: