Марк Энтони - За гранью

– Ты присядь где-нибудь, Трэвис, – посоветовал Фолкен. – Нам с леди Мелией нужно как следует потолковать, а это займет порядочно времени.

Бард уселся рядом с Мелией, но Бельтан остался на ногах. Он стоял за спиной темноволосой леди, высокий и молчаливый, как каменный истукан. Трэвис нашел себе местечко неподалеку, сел, скрестив ноги, прямо на траву и с удовольствием подставил лицо под теплые солнечные лучи, что отнюдь не мешало ему краем уха прислушиваться к разговору.

Первой заговорила леди Мелия:

– Много всего произошло за год, истекший с той поры, когда разошлись наши с тобой пути, Фолкен. Мы с Бельтаном побывали во всех Семи доминионах, где видели и слышали немало тревожного. Но позволь вначале сообщить о том, что кажется мне наиболее важным. В Кейлавере собирается Совет Королей, и в эти минуты владыки остальных шести доминионов уже направляются в Кей-лаван или собираются сделать это в ближайшие дни.

Бард аж присвистнул, услыхав такую новость.

– Да, плохи дела, коли уже и до Совета дошло! К сожалению, в те края, где я путешествовал весь этот год, вести доходят с большим опозданием, поэтому я почти ничего не слышал о том, что творится в Фаленгарте. Говори же дальше, я весь внимание!

Солнце поднималось все выше, а Фолкен и Мелия продолжали обмениваться информацией. Время от времени к их диалогу присоединялся Бельтан с каким-нибудь добавлением или комментарием. Трэвис наблюдал за ними с неослабевающим интересом. Любопытство его прежде всего подогревалось тем обстоятельством, что именно от этих людей, по словам барда, могло зависеть возвращение Трэвиса в Колорадо. Он мало что понимал из обсуждаемых ими событий, но по ходу беседы сумел почерпнуть кое-какие сведения о своих новых знакомых. Рыцарь Бельтан, например, оказался уроженцем Кейлавана – того самого доминиона, где должен собраться Совет Королей. Откуда родом леди Мелия, Трэвис так и не выяснил, но у него сложилось впечатление, что она прибыла сюда с далекого юга, где обладала обширными связями и влиянием. Вела она себя, во всяком случае, как весьма высокопоставленная особа.

Был момент, когда Трэвис машинально поправил свои очки в металлической оправе, некогда подаренные ему Джеком, а еще раньше принадлежавшие жившему столетие назад молодому ганслингеру, и уже в следующее мгновение что-то неуловимо изменилось. Приглядевшись, он понял, что каким-то непостижимым образом видит соткавшуюся вокруг каждого из троих ауру. Голову Бельтана окутывало золотое сияние, перечеркнутое, однако, черной, как мазок дегтя, полосой. Аура Фолкена струилась прозрачной серебристой волной, бледной и печальной, как валсиндар зимней порой. Но самым ярким оказался блистающий ореол вокруг очаровательной головки леди Мелии. Он сиял тем же волшебным блеском солнечного янтаря, что и ее глаза, отливая вдобавок нежной морской лазурью.

Внезапно Мелия вскинула голову и устремила свой взор на Трэвиса. Тот вздрогнул от неожиданности, очки снова сползли на нос, и видение исчезло. Мелия сразу же отвернулась и возобновила разговор, а Трэвис принялся гадать, видел он ауру в действительности или все это ему померещилось?

Из дальнейшего диалога ему удалось понять, что Мелия и Бельтан расстались с Фолкеном прошлой осенью в Кейлаване и договорились вновь собраться вместе в Кельсиоре ровно через год. Странствия их имели целью установить первопричину зла, уже тогда пустившего первые ростки в городах и весях Фаленгарта. Вывод из рассказов рыцаря и его дамы следовал неутешительный: за минувший год положение катастрофически ухудшилось, причем повсеместно.

Во владениях всех Семи доминионов лето выдалось коротким и неурожайным. Хлеб в полях погиб на корню, а деревни и села обезлюдели от мора. Зима наступила много раньше обычного и по всем признакам обещала затянуться надолго. А долгая зима означала, что орды варваров и разбойничьи шайки, в обычные годы редко рисковавшие переходить границу, будут вынуждены в поисках крова и пропитания вторгаться все глубже и глубже в цивилизованные земли. Крестьяне уже начали роптать и волноваться, что, в свою очередь, вызывало немалое беспокойство среди феодальной знати. Но страх перед вторжением варваров был лишь одной из причин, порождавших недовольство в народе. Мелия и Бельтан побывали во многих местах, и им не однажды доводилось слышать от поселян о странных существах, бродящих в округе и устраивающих всяческие пакости.

Трэвис навострил уши, сразу вспомнив при этих словах Трифкина-Клюковку и его труппу.