Взгляды всех присутствующих сконцентрировались на королеве Иволейне Толорийской, но та будто нарочно медлила. Наконец и она разжала кулак. На точеной ладошке ее величества покоился камешек белого цвета.
– Война! – негромко произнесла она. Дружный вздох облегчения прошелестел по забитым зрителями ярусам. Черные глаза Бореаса вспыхнули свирепым торжеством. Он снова встал.
– Решение принято единогласно! – гулко прогремел тяжелый королевский бас, от которого дрогнули каменные своды и испуганно заметались над головами сорвавшиеся со своих насестов голуби. – Совет Королей Семи доминионов настоящим объявляет войну Бледному Властелину и его приспешникам и повелевает начать всеобщий сбор ополчения. Сам же Высокий Совет отныне считается временно распущенным. Следующее заседание, на котором будет выработана стратегия и тактика предстоящих военных действий, состоится после того, как все наши армии соберутся вместе.
Сидящие за столом правители и публика в зале в едином порыве сорвались с мест и встретили заключительные слова Бореаса бурными аплодисментами. И только Грейс осталась сидеть, не в силах отвести взор от треснувшего каменного диска в центре стола Совета. Разбитая руна мира. Знай она хоть одну молитву, с радостью вознесла бы ее в этот миг к Небесам – как Мелия накануне.
Зал понемногу пустел. Мимо Грейс и Эйрин, еще не покинувших свои места, тек людской поток, в котором то и дело мелькали знакомые лица. Фолкен дружески улыбнулся обеим дамам и весело подмигнул. Грейс не удержалась и подмигнула в ответ. Вслед за бардом показалась королева Иволейна в сопровождении своей неизменной спутницы и наперсницы рыжеволосой леди Трессы. Владычица Толории приветствовала их коротким холодным кивком и сразу отвернулась. Глаза ее сияли, но взгляд казался отсутствующим и словно устремленным в неведомые дали. Или, может быть, в будущее? Иволейна выбрала войну, однако, нетрудно было догадаться, что она уже сейчас прикидывает, как обратить сложившуюся ситуацию к вящей выгоде возглавляемого ею ордена колдуний. Она определенно что-то замышляла. Но что именно? Грейс охватило знакомое возбуждение. Ей вдруг страстно захотелось проникнуть в планы прекрасной толорийки. А дальше? А дальше будет видно! Главная задача шпиона – добыть информацию. А что с ней потом делать, можно будет решить позже, когда – и если! – подвернется подходящий случай.
– Скоро мы с вами снова встретимся, сестры, – шепнула Тресса, на секунду задержавшись возле подруг и одарив их благожелательной улыбкой, после чего устремилась вслед за своей королевой.
Грейс почувствовала, как напряглась и затрепетала в ее руке рука Эйрин, но в этот момент к ним приблизилась еще одна хорошо знакомая фигура.
– Дарж! – удивленно воскликнула Грейс, порываясь встать, но рыцарь жестом остановил ее.
– Сидите, сидите, миледи, – поспешно проговорил он. – Хозяйке негоже вставать при появлении слуги.
– Но ты мне вовсе не слуга, Дарж! – запротестовала Грейс.
– Слуга, миледи! – уверенно возразил рыцарь. – И чрезвычайно благодарен вам за это.
Благодарен? Грейс с сомнением окинула сурового эмбарца взглядом. Хороша служба, нечего сказать: пирогами и пышками не пахнет, зато синяков да шишек хоть отбавляй. К старым шрамам на обветренном, выдубленным солнцем и непогодой лице добавилось не меньше дюжины новых, едва начавших зарубцовываться. О руках и говорить не приходится. И ногу правую заметно приволакивает. Да у него все тело – одна сплошная рана. Уму непостижимо, как он сумел выстоять в поединке с полудюжиной фейдримов и прикончить их всех до единого?!
Она уже задавала ему этот вопрос минувшей ночью.
«Как же ты с ними справился, Дарж? Я бы точно не смогла, даже если бы умела владеть мечом так же ловко, как ты. У меня бы просто руки опустились».
«Не думаю, миледи. Никогда не поверю, что вы способны сдаться без боя. Мы с вами не из тех, кто ищет легких путей. Умереть легко. Жить гораздо труднее».
Тогда она не нашлась, что сказать, только подумала, что Дарж и Леон Арлингтон быстро нашли бы общий язык.
– Не будет ли каких-нибудь приказаний, миледи? – с вежливым поклоном осведомился рыцарь; несомненно, ему было ужасно больно, но на невозмутимом лице эмбарца не дрогнул ни единый мускул.
Грейс протянула руку и ласково погладила его по щеке.
– Приказываю тебе отдыхать, Дарж. Твои раны не очень глубоки, но ты потерял слишком много крови. – Она погрозила ему пальчиком, предупреждая готовый сорваться с губ рыцаря протест, и безапелляционно добавила: – Молчите, сэр Дарж! Я не потерплю возражений. Раз вы мой слуга, так извольте подчиняться!
Читать дальше