Марк Энтони - За гранью

– Но Имбрифейл уже много веков покрыт снегами и льдом, – заметила Мелия, рассеянно поглаживая шерстку черного котенка, утомившегося от яростных атак на щиколотки Трэвиса и теперь мирно спящего на коленях волшебницы. – Однако раньше таких суровых зим не случалось.

Фолкен с уважением покосился на нее.

– Это ты верно подметила, – кивнул он. – А я вот совершенно упустил из виду, что Бледного Властелина не всегда считали повелителем морозов и вьюг. Пожалуй, это началось только после падения Малакора, – добавил бард, со значением взглянув на Мелию.

Волшебница согласно кивнула.

– О чем вы говорите? – жалобно простонал Бельтан. – Неужели нельзя хоть раз в жизни объяснить по-человечески?!

– Сейчас объясню, дорогой, – успокоила рыцаря Мелия. – Все действительно очень просто. Мы с Фолкеном пришли к выводу, что Бераш завладел Имсаридуром – Железным ожерельем темных эльфов – и Гельтизаром, одним из Великих Камней, отнюдь не вчера и даже не несколько лет назад, как можно было предположить со слов Трэвиса, а очень давно. Весьма вероятно, что оба эти сокровища находятся у него вот уже несколько столетий.

– Блестящая логика! – одобрительно подхватил бард. – Теперь нам будет гораздо легче расставить все по местам. Судите сами, друзья. Пока Малакор стоял, Железное ожерелье и Имсари оставались под бдительным присмотром повелителей рун. Когда же Малакор пал, большинство хранителей сокровища были уничтожены, а Великие камни бесследно исчезли. – Глаза его на миг затуманились грустью. – Мы привыкли считать их безвозвратно утерянными, но сейчас, в свете новых сведений, следует признать, что приспешникам Бледного Властелина каким-то образом удалось завладеть ожерельем и Ледяным камнем. И произойти это могло только во время кровавой резни, предварившей падение Малакора. – Бард метнул быстрый взгляд на Трэвиса. – К счастью, нам известно местонахождение Синфатизара, второго из Великих Камней. Остается только узнать, куда подевался третий, носящий имя Крондизар, или Огненный камень.

– Можно не сомневаться в том, что слуги Бледного Властелина по сей день рыщут повсюду, разыскивая их, – задумчиво уронила Мелия, с прищуром вглядываясь в пляшущие в очаге языки пламени.

Трэвис открыл рот, намереваясь узнать у Мелии и Фолкена, что произойдет, если Бледный Властелин вновь соберет в единое целое Железное ожерелье и все три Великих Камня. Тот тип с –железным сердцем, так некстати испустивший дух, уже сказал ему перед смертью, но Трэвису хотелось услышать не-предвзятую версию из уст друзей. Однако, пока он собирался с духом, его опередили.

– Но почему именно сейчас?

Вопрос Грейс застал Трэвиса врасплох. Сегодня она вообще вела себя как-то странно. Когда он явился к ней в комнату с просьбой о помощи, она не проронила ни слова, да и потом все время молчала – даже при осмотре трупа. Там, правда, и осматривать было нечего: кучка золы, оплавленный кусок металла, служивший ему вместо сердца, и вырастающие прямо из стены каменные кандалы.

– Быть может, я чего-то не понимаю, – продолжала Грейс, – но совершенно не усматриваю логики в действиях Бледного Властелина. Если он завладел этим вашим Ледяным камнем так давно, как вы утверждаете, зачем ждал столько веков, прежде чем выступить?

Фолкен аккуратно положил лютню на стол и откашлялся.

– Тысячу лет назад Бераш потерпел сокрушительное поражение от короля Ультера и императрицы Эльзары. Многие даже посчитали его мертвым, хотя само понятие смерти в отношении подобных ему существ в корне отличается от человеческих представлений о ней. Полагаю, он не выступил раньше лишь по той причине, что не успел до конца залечить полученные в поединке с Ультером раны.

– Ну да, а сейчас он их залечил и полез в драку, – стуча зубами, перебил его Трэвис. – А нас, грешных, угораздило как раз в этот момент очутиться у него на дороге!

Бельтан нахмурился и с ожесточением взъерошил свои редеющие волосы.

– Чего теперь делать-то будем? – спросил он, ни к кому конкретно не обращаясь.

Фолкен вместо ответа поднял с подоконника кожаный мешочек и задумчиво взвесил его на ладони. Судя по усилию, которое ему пришлось приложить, содержимое было довольно тяжелым. К горлу Трэвиса подкатила тошнота: он знал, что находится внутри кожаной оболочки.

– Будем разговаривать с правителями доминионов, – сумрачно произнес бард. – И строго по отдельности – если, конечно, удастся добиться аудиенции. Покажу им это, – продемонстрировал он мешочек, – и постараюсь убедить, что еще не поздно дать отпор Бледному Властелину.