Марк Энтони - За гранью

– Ты не в курсе, что творится, Грейс? Замок как будто вымер. Шурша юбками, она прошла в глубь комнаты и присела в любимое кресло Мелии.

– Ты разве не знаешь, что на сегодня намечена грандиозная вечеринка? Все слуги с раннего утра готовят пиршественный зал, а господа руководят. Потому, наверное, до сих пор и не закончили.

– Откуда мне знать? Меня, как всегда, не пригласили и даже не поставили в известность, – обреченно махнул рукой Трэвис. – Хотя чему тут удивляться…

– Вообще-то тебя тоже пригласили, но я сказала лорду Олрейну, что ты приболел, – смущенно призналась Грейс. –

И предупредила, что тоже не смогу прийти, так как буду за тобой ухаживать.

– Зачем? – изумился Трэвис.

– Мне нужна твоя помощь.

Инстинктивное предчувствие заставило встать дыбом волосы у него на шее. В голове забрезжила смутная догадка, вызванная то ли лихорадочным блеском ее глаз, то ли решительно сжатыми челюстями, то ли наброшенным поверх платья тяжелым, подбитым мехом плащом. Брошенный за окно короткий взгляд лишь подтвердил его подозрения и помог им окончательно оформиться. На фоне пламенеющего закатного неба ее очертания выглядели бледными и размытыми, но сомнений быть не могло: только что взошедшая луна имела форму правильного полумесяца.

– Это случится сегодня, не так ли? Я имею в виду, ты сегодня видела тех двоих в каменном кругу… То есть нет, ты видела их пять дней назад, но встретились они сегодня… Или должны встретиться сегодня… Черт, совсем запутался!

Грейс поняла, что Трэвиса понесло. Если его сейчас не остановить, он может совсем расклеиться. Протянув руку, она мягко сжала подрагивающие пальцы.

– Успокойся, прошу тебя. Пойми, это наш единственный реальный шанс узнать, кто они. Без этого мы не сможем предотвратить убийство.

Трэвис мысленно застонал. Затея Грейс представлялась ему безумной, смехотворной, идиотской и смертельно опасной. Но самое скверное заключалось в том, что она была права. Круг Черного Ножа так и не сумел поймать таинственного резчика по дереву – равно как и обнаружить отмеченную знаком дверь в непосредственной близости от апартаментов короля Бореаса. И теперь у них действительно остался только один шанс выяснить личности заговорщиков.

– Почему ты не обратилась к Даржу или Бельтану? От них куда больше проку, если дело дойдет до драки.

– Бореас или Соррин обязательно обратят внимание, если кто-то из них будет отсутствовать на пиру. А лишние вопросы нам ни к чему.

Трэвис вздохнул и с тоской покосился на камин, где разворошенные им угли возродились к жизни и даже выпустили робкие огненные побеги, подлизывая остатки недогоревших дров. Интуиция подсказывала, что вновь насладиться теплом ему удастся ох как не скоро.

– Что ж, давай собираться, – сказал он с наигранной бодростью.

Бледное лицо Грейс озарилось улыбкой. С ней это случалось так редко, что Трэвис в полной мере оценил степень ее признательности.

– Спасибо тебе, Трэвис, – с чувством произнесла она, заставив его смущенно отвести глаза.

В замковой конюшне их встретил всего один дежурный мальчишка-конюшонок, которого ее светлости герцогине Беккеттской без труда удалось убедить оседлать и вывести двух коней – якобы для верховой прогулки.

– Ты уверена, что справишься с этим мастодонтом? – робко поинтересовался Трэвис, бросив тревожный взгляд на выбранного Грейс гигантского вороного жеребца.

– Это же Черногривый, конь Даржа, – рассмеялась она, ласково потрепав жеребца по холке; тот ткнулся мордой ей в ладонь и негромко заржал. – Смотри, он меня вспомнил!

– Тебе видней, – не стал спорить Трэвис, но близко подходить не решился: Черногривый с его габаритами мог запросто втоптать в грязь троих таких, как он, даже не заметив, что на кого-то наступил.

Для самого Трэвиса заспанный подросток оседлал смирного каурого меринка, на котором он проделал весь долгий путь от Кельсиора до Кейлавера. Рядом с великаном Черногривым тот производил впечатление пони-недоростка.

– Знаешь, мне почему-то кажется, что Дарж не оценит юмора, если ты уведешь его коня, – предпринял Трэвис последнюю попытку убедить спутницу изменить выбор.

– Не сомневаюсь! – фыркнула Грейс. – У Даржа вообще нет чувства юмора.

– Ты хоть верхом-то ездить умеешь?

– А тут и уметь нечего. Я уверена, что Черногривый не позволит мне упасть.

Против этого утверждения у Трэвиса аргументов не нашлось. Он сдался и позволил ей делать все, что она захочет.