— Самые влиятельные владельцы парфюмерных магазинов? — продолжил за нее Рауль.
— Мне плевать, Рауль. Я возвращаюсь в отель!
Не дав брату возможности поспорить, Сейди развернулась и пошла к выходу.
Вообще-то Сейди очень обрадовалась, когда Рауль сообщил, что выставка будет проводиться в Каннах, недалеко от Граса, где их прапрапрадедушка начал семейный бизнес. Но сейчас ей не терпелось вернуться домой, в свой коттедж в Пембруке с видом на море, и к своему маленькому бизнесу. Сейди составляла духи для частных клиентов, которые приходили к ней по рекомендации друзей и знакомых.
Нет, мир большого бизнеса не для нее. Сейди продолжила свой путь по слабо освещенному коридору, слишком поглощенная мрачными мыслями, чтобы обратить внимание на небольшую группу мужчин, направляющихся к выходу. До тех пор, пока один из них не встал у нее на пути, оглядев Сейди с ног до головы.
— Идите сюда и оцените последнее предложение Рауля, джентльмены, — обратился он к коллегам.
Мужчины окружили ее, как стая шакалов. Один из них отпустил скользкий комментарий на французском, заставив Сейди посмотреть на него с вызовом. Благодаря стараниям бабушки, она в совершенстве владела французским языком, но ни за что не опустится до того, чтобы ответить на подобную грубость.
Сейди отступила и, гордо вздернув подбородок, прошествовала мимо мужчин, собираясь высказать Раулю все, что о нем думает, как только кузен вернется в отель.
Она уже почти прошла мимо, когда один из мужчин остановил ее, взяв за локоть.
На Сейди было черное платье без рукавов. Прикосновение к обнаженной коже взволновало и заставило немедленно отдернуть руку. Сейди продолжала свой путь к выходу.
Она не видела, что делали мужчины позади нее, но чувствовала на себе чей-то проницательный взгляд. Кто посмел дотронуться до нее? Девушка повернулась вполоборота, хотя и не собиралась этого делать. Она тут же узнала его, и у нее перехватило дыхание. Незнакомец, как и прежде, излучал силу и мужественность.
Сейди поспешно отвернулась и продолжила свой путь. Но он догнал ее и дотронулся до обнаженного плеча. Девушка повернулась к нему, удивленная тем, насколько он высок.
Какой же у него рост? Метр восемьдесят два… восемьдесят три… восемьдесят четыре?.. Он похож на грека — кожа оливкового цвета, аристократические черты лица, высокие скулы, прямой нос, волевой подбородок и густые темные волосы. Но его глаза не были теплого богатого коричневого цвета, они были холодными и зелеными. Ему, скорее всего, чуть за тридцать.
Сейди наблюдала, как он смотрит на нее, как его голова склоняется к ней, как ноздри втягивают воздух. Ее щеки вспыхнули.
— Необычный аромат. Продается? — спросил он с узнаваемым австралийским акцентом.
Сейди потеряла терпение. Она отстранилась и в ярости взглянула на незнакомца.
— Как вы и вам подобные смеете намекать, что я продаюсь?
— Мне подобные? — Его глаза вспыхнули. — Скажем так: когда дело касается таких доступных женщин, как вы, такие мужчины, как я, обычно отступают в сторону. Мне нравится, чтобы моя женщина была такой же, как мои духи. Эксклюзивной!
Он замолчал, отвернувшись от Сейди, когда пожилой человек рядом с ним коснулся его руки и шепнул ему что-то на ухо, с отвращением глядя на Сейди.
— Творишь?
Сейди усмехнулась, встретив дразнящий взгляд своей лучшей подруги Мэри, когда та вошла в кабинет, где Сейди смешивала ингредиенты духов.
— Ммм… Какой чудесный аромат! — с энтузиазмом воскликнула Мэри.
Сейди улыбнулась.
— Я выполняю специальный заказ.
— Для какой-нибудь знаменитости? Для кого?
Девушка покачала головой и рассмеялась.
— Ты же знаешь, я не могу рассказать тебе. Имя клиента всегда держится в тайне.
— С тех пор, как в прессу просочилась информация, что тебе заказала духи одна очень известная певица, я могу лишь заключить…
— Хватит задавать вопросы.
— Значит, ты все же собираешься во Францию?
— У меня нет выбора. Рауль вознамерился продать наш парфюмерный дом какому-то греческому миллионеру, который хочет добавить его к своей корпорации…
— Имеешь в виду Леонидаса Стапинополоса?
— Да. Я называю его греческий разрушитель!
— Разрушитель? — Мэри покачала головой. — Он тебе так не нравится, да?
— Мне не нравится то, что он собирается сделать с «Франсин»! — с горячностью воскликнула Сейди.
— Но он отличный бизнесмен. Его торговая корпорация — одна из крупнейших в Европе. А с тех пор, как он возглавил дизайн новой линии женской одежды… В общем, в мире нет женщины, которая не мечтала бы иметь что-нибудь с его лейблом.
Читать дальше