Смех одолевал ее. Хорошо было бы, если б Майкл тоже мог посмеяться вместе с ней, но он не появлялся, а сама она не осмеливалась показаться ему на глаза. Да и гордость не позволяла… Вот она приползает к нему на четвереньках и упрашивает: «Пожалуйста, Майкл, прости меня, я переиграла! Я люблю тебя, не могу жить без тебя!» Нет уж, увольте. Этого она делать не станет.
Да и он не ломился в ее дверь. Лиззи усматривала в этом источник не беспокойства, а решимости, настойчивости. Она знала Майкла. Он упрямый человек: независимо от того, какую цену придется заплатить, он будет держаться до конца. Это же она сама попросила его уйти. Она и не думала, что он так сделает. Она-то рассчитывала, что он обнимет ее и прямо на диване они займутся любовью. Она и хотела обнять его, но он так быстро ушел… Нет, лучше сейчас об этом не думать. Он был не только упрямым, но и порядочным человеком.
Ладно.
В любом случае, встреча прошла нормально. И Лаура Голд попросила ее составить контракт.
В четверг Лиззи набросала текст контракта, оплатила поступившие счета и прошлась по картинным галереям в поисках подходящего полотна для кабинета Майкла. Не обнаружив ничего хорошего, она составила заказы на мебель, но отправлять их пока не стала.
Утром в пятницу она позвонила в офис Майкла и сказала:
— Миссис Дюпре? Это Лиззи Олсон. Да, все в полном порядке. А как вы? Ну и хорошо. Нет, нет, соединять с мистером Вольфом меня не надо. Просто передайте ему, что я не смогу представить цветной вариант плана вовремя, как мы договаривались. Да, правильно. Мне потребуется еще как минимум две недели. Нет, даже три. Только не забудьте сказать ему, что это по его вине. Издержки по времени я включу в счет. Сумма не превысит двух тысяч. Не забудьте, хорошо?
Ровно через минуту зазвонил телефон. Лиззи подняла трубку после восьмого звонка. Руки ее вспотели, а сердце трепетало — так она волновалась, но ответила с прохладцей в голосе:
— «Манхэттен дизайнз». Лиззи Олсон слушает.
— Оторвитесь и приезжайте ко мне, — сказал Майкл.
— Да, но, мистер Вольф…
— Или вы хотите, чтобы я за вами заехал?
Неожиданная, но приятная теплота разлилась по ее телу от этих слов.
— Через час?
— Через полчаса.
Через сорок пять минут она входила в дверь его офиса. Гвен на месте не оказалось, и Лиззи уловила что-то странное во всей обстановке приемной. Затем она сообразила: телефоны на столе Гвен отключены и все прибрано, как будто ее не будет до конца дня. Но сейчас только два. Его дверь закрыта. Она прошлась по офису на цыпочках и заглянула во все кабинеты: пусто.
Лиззи ощутила неуверенность.
И тут открылась дверь его кабинета, и Лиззи с удивлением отпрянула в сторону, готовая вскрикнуть, но увидела Майкла, прислонившегося к стене. Он был в темном кашемировом свитере и темных слаксах, волосы густые и причесанные, тело гибкое и сильное, каким оно и запомнилось ей. Они не виделись всего четыре дня, но ей они показались вечностью. Ничего не изменилось. Совсем ничего. Она любила его еще сильнее.
— Вы напугали меня, — промолвила она, приходя в себя. — Никого нет. Все ушли обедать?
— Сегодня я всех отпустил домой пораньше.
— Зачем?
— Сегодня пятница.
— Не было никакого смысла. Сложив руки на груди, он улыбнулся:
— Я знаю, зачем.
Лиззи начала понимать, что ее перехитрили. Встретить Майкла одного она никак не рассчитывала. А если бы и хотела встретить его, то пришла бы на квартиру, чего она тщательно избегала, потому что там стояла бесподобная огромная кровать, при виде которой Лиззи наверняка не справилась бы с собой, с незабываемым впечатлением. Им надо было прояснить некоторые вещи. Откровенно поговорить. На этот случай у нее готов план, черт побери.
Но близость Майкла сводила ее с ума.
И у него, по всей вероятности, был приготовлен свой план.
— Вы можете поступать, как пожелаете, — спокойно сказала она. — Вы же хозяин.
— Потому у меня и волосы седые. — Он жестом пригласил ее войти.
Она села на стул и повернулась лицом к столу в надежде, что он сядет в кресло. Он и не подумал так сделать и устроился на кресле позади нее, поэтому ей пришлось развернуть стул. Руку он положил на спинку ее стула. Лиззи удивило, что Майкл ни словом не обмолвился о ее наряде — комбинезоне и яркой голубой косынке.
Заметив жесткое выражение его глаз, она подумала, почему он сразу не подошел и не отрубил ей голову.
— Вы должны были подставить план в цвете во вторник. В контракте оговаривается, что вы обязаны показать его через неделю после принятия предварительного плана. Я одобрил план в понедельник вечером, но, поскольку время было не совсем подходящее, я дал вам возможность поразмышлять.
Читать дальше