– Не натягивай тетиву стрелой! – со смешком подсказывает ему Альфа. – И натянуть её на лук нужно было потуже. Вот, смотри: стрела находится между указательным и средним пальцами. Хват делаешь кончиками трех пальцев: указательного, среднего и безымянного. Чем меньше ты касаешься пальцами хвоста стрелы, тем точнее выстрел.
Он поднимает руки, прижимает к лицу тетиву, натягивая её пальцами, и мышцы на его плечах и предплечьях становятся такими… явными, чёткими. Потом он стреляет, и стрела попадает в точности в маленькую птицу, та, внезапно потяжелев, камнем падает Леннону под ноги. Я не в силах сдержать восторг и охаю.
– А знаешь, почему все смеялись? – неожиданно спрашивает меня Цыпа.
Мне сейчас не до неё – весь мозг занят инструкциями, которые Альфа выдавал Леннону по поводу тетивы и правильного хвата стрел.
– Почему? – машинально спрашиваю.
– Он сказал, что у тебя лошадиное лицо.
– Кто, он? – так же машинально уточняю.
– Альфа.
И вот тут только до меня доходит. Вначале опадает осадком где-то в зоне восприятия, а потом ударяет по сознанию мощной эмоциональной волной.
– Что, прямо так и сказал?
На самом деле, мне всё это неинтересно, но от шока включился робот, запрограммированный во что бы то ни стало поддерживать разговор.
– Ну… да. Один признался, будто бы помнит, что в прошлой жизни любил лошадей, сказал, они ему снятся и он балдеет от этого. Тогда Альфа предложил ему любоваться на тебя.
– Зачем?
– Затем, что твоё лицо похоже на лошадиное.
О Боже…
Fading through – Vancouver sleep clinic
Мне ни приходило в голову, что я могу быть некрасивой. С самого начала воспринимала себя кем-то нормальным и обычным, но может, это не так? Я перебираю в памяти девушек, и все они в той или иной степени симпатичные, каждая по-своему. Есть одна прямо очень красивая – с длинными чёрными блестящими волосами и миндалевидными глазами. Парни вечно шутят на тему, кому она достанется. Может, наша группа – это некий баланс, и яркости необходим противовес? Что если этот противовес – я?
От огорчения у меня даже в животе разболелось.
Я брожу по лесу весь день – деревьям ведь плевать, как я выгляжу, смеяться они не станут. Орехов набрала давно, а обратно идти не хочется – днём лес кажется и теплее, и ласковее, чем лагерь.
Но как только солнце перекатывается на другой бок, и свет его становится не таким жарким, страх всё же пересиливает обиду, и я возвращаюсь к лагерю.
Людей в нём почти нет – наверняка все на берегу запекают рыбу, а может, и птицу – у кого что. У меня орехи – это единственное, что я способна самостоятельно добыть. Ну, моллюски ещё, но с ними не всегда получается.
У ручья тоже пусто, когда подхожу напиться.
Я размышляю о привлекательности. Почему, люди разбиваются на пары? Леннон вон, например, по какому принципу выбрал Рыжую для обнимашек? По какой причине она выбрала его? И ещё куча народу, зная друг друга без году неделю, уже спят вместе? Да, так теплее, но всё же…
Мне интересно всё-таки, как я выгляжу.
В заводи у ручья есть место, где вода почти не двигается – единственное зеркало, которое приходит на ум. Увидеть своё отражение в море почти нереально, а вот здесь, в тени деревьев, небольшой кусочек стоячей воды – это практически зеркало.
Видно, конечно, не очень, но… мне нравится моё лицо. Шрамов нет, уродств тоже. Ничего похожего на лошадь или вызывающего отвращение. Волосы светлые – это и так было известно, но я не знала, что они такие длинные. Они намного длиннее, чем я думала. Брови ровные, немного темнее волос. Губы не такие грубые, как у Рыжей, не большие и пухлые, как у Цыплёнка, но и не тонкие. Они аккуратные. И чтобы убедиться в этом, я трогаю их кончиками своих пальцев, и не могу оторвать взгляд от собственного отражения.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.