Луанн Райс - Потанцуй со мной

«Пока». Она пошевелила губами, но с них не сорвалось ни звука.

Ее кожа светилась в звездном свете. Она чувствовала свет на своих руках и теле, он просвечивал сквозь ее рубашку. Она повернулась, чтобы взглянуть на олениху, но та уже убежала. В груди девочки нарастали рыдания. Она так хотела взглянуть в большие спокойные глаза животного.

Хлоэ устала. Ей надо прилечь. Она прошла к месту, где они были с Зиком. Это не настоящее гнездо. А она хотела настоящее. Она хотела к своей настоящей маме. Около дерева, где она видела оленей, она опустилась на четвереньки.

В траве были четко видны следы копыт. Олениха стояла прямо тут. Хлоэ обползла место на четвереньках. Она приглаживала траву, сооружая новое гнездышко. Свернувшись в клубок, она почувствовала, что ее окружает тепло. Она вообразила, что это тепло оленей, или ее матери, или земли. На самом деле разницы нет. Все это одно и то же.

Затем Хлоэ разрыдалась, и все звезды исчезли.

Дилан оказался верен своему слову — он увлек Джейн на танцы в студенческий кампус. Прямо из ресторана они пошли пешком к холму, где располагался студенческий городок. Джейн не была здесь уже почти шестнадцать лет — с весны второго курса. Когда у Сильви был выпускной, Джейн не смогла приехать из Нью-Йорка, так как была «слишком занята».

Подъем дался ей тяжело. Каждый шаг требовал усилия, и она старалась, старалась ради Дилана. Она пошла медленнее, чтобы он успевал за ней. По правде, чем ближе они подходили к Брауну, тем больше сжималось ее сердце.

— Что произошло? — Она услышала свой голос будто со стороны.

— С моей ногой?

— Да.

— Ничего особенного.

Но она знала, что это не так, поэтому остановилась якобы для того, чтобы перевести дух, но продолжала смотреть на мужчину вопрошающим взглядом.

— В меня стреляли, — сказал он, — пуля попала в ногу.

Его голос звучал напряженно, он замолчал и продолжил восхождение на холм. Джейн была вынуждена последовать за ним. У нее накопилось столько вопросов, а молодая женщина хотела отвлечься от своего собственного прошлого. И все же она догнала его и попыталась продолжить беседу.

— Это ужасно, — сказала она.

Он не ответил.

В поле зрения появилась башня Кэрри, высокая кирпичная колокольня. Справа остался Гораций Манн. Глаза Джейн скользнули по нему, затем она отвернулась. Повсюду раздавались звуки музыки. Они миновали железный забор, и Джейн устремилась в сторону башни.

— На танцы в эту сторону. — Он поймал ее за руку.

— Знаю. — Ее сердце колотилось. Слишком тяжело. Сотни бумажных фонарей, освещали ночное небо. Они покачивались на ветру, золотые, лазурные, серебристые. Играл оркестр, люди танцевали. Она как будто попала в прошлое — на шестнадцать лет назад.

Дилан пошел за ней к подножию башни. Они стояли рядом и смотрели вверх. Колокольня вышиной достигала ста футов, и Джейн знала, что с ней связана какая-то красивая и печальная легенда — но какая именно, она так и не вспомнила.

— Ты знаешь ее историю? — Она обернулась к своему спутнику.

Дилан кивнул.

— Можешь рассказать?

Он сузил глаза и сделал паузу. Затем взглянул на часы на самой вершине башни:

— Она была построена Полом Байнотти как мемориал в честь его жены, Кэрри. Она была внучкой Николаса Брауна.

— Основателя университета, — предположила Джейн.

Дилан кивнул. Он провел ее к основанию башни, на стене крепилась табличка, и она прочитала вслух: «Любовь сильна, как смерть».

Ее ладони вспотели, а голова кружилась. Как слова о смерти могли напомнить ей о той ночи, шестнадцать лет назад? Она лежала на полу с мальчиком, которого любила, и они зачали Хлоэ. Потрясающая девочка, с темными волосами и голубыми глазами, любящая животных и жизнь, появилась через дорогу отсюда.

Музыка и фонарики вернули воспоминания о забытом прошлом. Затерявшись в своих мыслях, женщина, казалось, забыла о Дилане. Он стоял рядом, разглядывая надпись.

— Это правда, — заметил он, — любовь так же сильна, как смерть. Сильнее.

Джейн провела мысленную связь — мемориал для любимой жены — Аманда и Изабелл. Она посмотрела Дилану в глаза.

— О чем ты думаешь?

— Об этих словах. Они так правдивы.

— Твоя жена…

Он смешался:

— Когда она погибла, мы уже не жили вместе… Я думал о дочери.

— Изабелл. — Джейн вспомнила фотографию на кухне у Дилана.

— Ты спросила меня про ногу. — Он посмотрел на Джейн.

Она кивнула, ожидая продолжения.

— Я чуть не потерял ногу, — сказал он, — пуля попала в бедро, и началось заражение. Я перенес двадцать две операции, и сейчас там больше железа, чем костей. Но это не важно…