Элин Хильдербранд - Босиком

Но, решила она, сердцу не прикажешь.

Когда Мелани проснулась, мягкий свет пробивался сквозь шторы и пел чертов крапивник. Она присела на кровати и посмотрела на часы. Шесть тридцать. У нее дрожали ноги, и ей казалось, будто у нее учащенно бьется сердце. Она снова не пришла на встречу с Джошем. И в самую неподходящую ночь. Мелани откинулась на подушки; она спала в одежде. Ей придется сегодня как-то объясниться с Джошем. Но ей нужно быть очень, очень осторожной из-за Вики и Бренды. Вики все знала или думала, что все знает, но откуда? Неужели вместе с раком у человека появлялось шестое чувство или лучшая подруга Мелани просто видела ее насквозь? На самом деле это не имело значения. Мелани все будет отрицать — и Джош, конечно же, тоже. Но им придется с удвоенными усилиями держать все в секрете.

Мелани услышала голоса, доносившиеся из зала. Блейн уже не спал. Мелани поднялась с кровати и разделась. Было по-прежнему очень душно, по-прежнему сыро; даже при открытых окнах в ее комнате было жарко, как на сковородке. Мелани накинула на себя халат. Летний душ, подумала она. Поговорить с Джошем, поехать к Питеру в гостиницу (встретиться с ним в вестибюле, где она будет в безопасности), отвезти Питера в аэропорт.

Мелани вошла в зал. Ее босая нога ступила на замасленный пол в тот же самый момент, как Питер прочистил горло и мягким, приятным голосом начал читать «Пропустите утят». «Нет, — подумала Мелани. — Не может быть». Но ей не почудилось — Питер сидел на диване рядом с Блейном и читал.

Мелани замерла. Открытый чемодан Питера стоял за диваном; ее муж был в своей легкой зеленой пижаме. Неужели он здесь спал? Не может быть. Мелани стояла у окна, пока не увидела, как отъехало его такси.

Мелани подошла к дивану. Голос Питера был причудливым и очаровательным, когда он произносил имена уток: Джек, Кек, Лек, Мек, Нек, Оуек, Пек и Квек… Для человека, который заявлял, что никогда не хотел иметь детей, у него получалось весьма неплохо.

— Что ты здесь делаешь, Питер? — спросила Мелани.

Он поднял глаза, словно не ожидал ее здесь увидеть.

— Доброе утро! — произнес он. — Мы читаем.

— Я же сказала тебе… ты сказал… я думала…

— Ни одного свободного номера, — ответил Питер. — Все номера на острове заняты.

— Мне сложно в это поверить.

— И мне было сложно. Но это оказалось правдой. Я думаю, что это из-за жары на восточном побережье. И я вернулся. Дверь была открыта. Я не думал, что ты будешь против.

— Я против, — сказала Мелани.

У Блейна на лице отразилось огорчение; у него был такой вид, будто он сейчас взорвется.

— Я хочу, чтобы Питер мне дочитал, — сказал мальчик. — Пожалуйста!

— Конечно. — Питер с видом триумфатора улыбнулся Мелани и продолжил читать Блейну о помолвке в семье диких уток.

Мелани помчалась в душ.

Когда она вернулась — чистая, одетая и готовая отвезти Питера в аэропорт — потому что именно туда они сейчас и поедут, срочным образом, прежде чем появится Джош, — Блейн сидел в кухне за столом и ел «Чириоз». Можно было подумать, что это самое обычное утро, если бы только не чемодан Питера, который был столь же неуместен в комнате, как и мертвое животное. Мелани улыбнулась Блейну; бедный ребенок и так достаточно повидал этим летом, чтобы еще и наблюдать за гнилыми сторонами брака Мелани.

— Где Питер?

— На пляже, — сказал Блейн. — Он хотел его увидеть. И надел плавки. Собирался купаться. Я хотел пойти с ним, но он сказал, что я должен остаться.

Мелани присела на стул. На часах было семь пятнадцать. Она могла взять «юкон» и поехать на пляж, забрать Питера, привезти его обратно, чтобы он принял душ и переоделся, а затем отвезти в аэропорт. Но могла ли она сделать все это за сорок пять минут? Почувствует ли Питер, что она спешит, и не заподозрит ли чего, и не станет ли нарочно сопротивляться? Заметят ли Вики и Бренда, что Мелани усердно старается избавиться от Питера к восьми часам?

Она вздохнула. «Вся моя налаженная жизнь рушится».

— Рушится? — переспросил Блейн.

— Я сказала это вслух? — удивилась Мелани.

— Что рушится? — спросил Блейн.

— Ничего, — ответила Мелани. — Ничего.

«Будь осторожен». Это был лучший совет, который мог дать ему отец, и чем дольше Джош раздумывал, тем лучше понимал, что это был единственный совет, который можно было дать человеку в его ситуации. Джош записал эти слова в своем дневнике; «Будь осторожен».

Прошлой ночью Мелани снова не пришла — теперь уже во второй раз. Джош подождал ее до десяти тридцати и, возвращаясь домой, специально не поехал мимо дома номер одиннадцать по Шелл-стрит. Он мог провести этот вечер намного веселее, чем выслеживая Мелани. Может, сегодня он просто останется дома. А может, позвонит Заку или другим своим школьным друзьям и пойдет с ними в «Чикен бокс». Выпьет пива, посмотрит на приезжих девчонок, потанцует. Но, как обычно, Джош засомневался. В конце концов, Мелани была беременна, а значит, она могла просто сильно устать. Или что-то не в порядке было со здоровьем — возможно, у нее что-то заболело или Вики плохо себя чувствовала. Мелани не стала бы специально его испытывать; она была не такой.