Бадри Хаметдин - Счастье Феридэ

Штольц облегченно вздохнул и явно повеселел.

— Сейчас принесут ужин, — объявил он.

— Может быть, и мне открыть пансион и заняться врачеванием… — протянул князь, опустив слова доктора. — Феридэ, вы пойдете ко мне работать?

— Если вы собираетесь быть хирургом, а мне предложить место ассистента, то нет, — спешно ответила я.

Орлову, видимо, понравилась эта словесная перепалка, и он решил ее продолжить:

— Почему же нет?

Я хотела ответить, но в этот момент зашла кухарка с подносом в руках. Она принесла чай и печенье.

— Благодарю, ближайшие два часа вы можете быть свободны, — проговорил Штольц, наблюдая, как женщина расставляет на столе чашки.

Кухарка поклонилась и вышла. Проводив взглядом уходящую прислугу, профессор взглянул на часы. На этот раз раздражение не отразилось на его лице.

— Люблю я эту немецкую пунктуальность, — покривил душой князь, заметив жест доктора.

— Феридэ, вы мне не раз играли на рояле, — попытался перевести разговор Штольц. — Прошу вас, сыграйте еще.

Орлов удивленно посмотрел на меня:

— Так чем вы все-таки здесь занимаетесь, Феридэ? Лечите больных или музицируете?

— А это не одно и то же? — усмехнувшись, я встала и подошла к роялю.

Сев за инструмент, я сыграла несколько лирических мелодий.

— Браво, — сухо похвалил профессор, когда я закончила.

— Великолепно! — воскликнул Орлов и спустя мгновение добавил: — Однако слишком уж печальное настроение сегодня у вас.

Вместо меня ответил доктор:

— Сегодня у нас было много работы… Кстати, насчет дел. Князь, мне хотелось бы обговорить с вами некоторые деловые вопросы. Тем более Феридэ уже нужно идти спать.

— Немножко позже, — отозвался Орлов и, взяв стул, подсел ко мне.

— Вы будете играть? — удивилась я, пытаясь встать.

— Я хочу немножко поднять вам настроение, — придержав меня за руку и усадив на прежнее место, князь пальцами пробежался по клавишам. — Вы мне поможете в этом. Да и дела у нас со Штольцем будут решаться быстрее.

Доктор одобрительно кивнул головой.

— Начнем? — Орлов наиграл простенькую гармонию и затем спросил у меня: — Вы запомнили?

Я утвердительно кивнула головой. Князь начал играть какую-то веселую пьеску. Несколько раз я попыталась слегка аранжировать мелодию, перебирая клавиши пальцами одной руки.

— Смелее, Феридэ, — подбодрил он. — У вас очень здорово получается.

Я попробовала «смелее».

— Игра в четыре руки — совсем другое дело! — радостно воскликнул Орлов.

И хотя я пыталась что-то импровизировать, мысли мои были о другом. Мне показалось, что князь не испытывает ко мне никакой антипатии. Наоборот, он был дружелюбен и приветлив. Значит, нужно было действовать. Улучив минуту, когда Штольц нетерпеливо посмотрел на часы и выглянул в окно, я слегка толкнула князя локтем и, нагнувшись к нему, тихо проговорила:

— Вытащите меня отсюда.

— Никаких проблем, — ответил он.

— Как вы собираетесь это сделать?

— Надо подумать.

— Думайте.

Орлов начал слегка сбиваться с ритма и переключил свое внимание на клавиши. К моей большой радости, это длилось всего лишь мгновение. Наконец он прошептал:

— Я вас украду.

— Не шутите, — рассердилась я.

— Я не шучу. Через день я вновь буду тут.

— И что же?

— В заборе напротив пансиона две доски будут плохо закреплены.

— Как я их найду?

— Там будут нарисованы крестики.

— А дальше?

— Ровно в семь я ожидаю вас в фаэтоне.

— В каком месте?

— Там, где вы вылезете.

— Князь, вы — гений!

— Вы сомневались?

Мы вновь переключили внимание на клавиши. Князь играл неважно, но в это мгновение незамысловатая пьеска показалась мне самой лучшей на свете…

Пансион, 13 ноября

Даже если это месть, она слишком жестокая…

Я с нетерпением ждала этого вечера и облегченно вздохнула лишь тогда, когда увидела во дворе князя Орлова. Нам даже удалось перекинуться несколькими словами наедине.

— Князь, вы помните наш разговор? — спросила я.

— Я помню все, что говорю, — ответил он.

— Значит, ваши слова остаются в силе?

— Без сомнений.

— И все будет так, как мы условились?

— О чем речь!

— Значит, в семь?

Орлов согласно кивнул головой. В это время на пороге флигеля появился Штольц, и мы были вынуждены прервать наш разговор. И перед тем как пойти к профессору, князь, на мгновение задумавшись, произнес:

— Кажется, в это время у доктора ужин?

— Да.

— Придется вам отказаться.