Бадри Хаметдин - Счастье Феридэ

Женщина вздохнула.

— Феридэ-ханым, все давно разбежались: работы много, да и у каждого дома свои дела. Война все перевернула с ног на голову.

— А вы почему остались, Васфие?

— Я одинокая, у меня никого нет. Еще потому, что очень уж мне детей жалко. Что с ними будет, если я уйду?

Я прекрасно понимала Васфие. Мне очень хотелось подойти к женщине, обнять ее и поцеловать в морщинистую щеку. Но я сдержалась, потому что тогда мы бы вместе расплакались на глазах у детей, а этого никак нельзя было делать. Тут в приюте столько работы, что одних наших рук будет мало.

— А как вы одна справляетесь? — Я задала вопрос, который мучил меня давно.

— Старшие дети помогают. Они и воду носят, и убирают сами, да и обстирывают маленьких. — Заведующая кивнула в сторону девочек.

Передо мной стояли тоненькие подростки. Сквозь бледную кожу просвечивали синие вены, натруженные руки свисали вдоль тела, как плети. Да, рано у этих девушек окончилось детство. Я вспомнила свой пансионат, где у нас были прекрасные сытные завтраки, строгие воспитатели и учителя. Мысли наши витали где-то в облаках любви… Мы рассказывали друг дружке о своих поклонниках, о новых прочитанных романах, а эти несчастные дети засыпали каждый вечер с мыслью о куске хлеба.

Засучив рукава, я вместе с заведующей бросилась готовить еду. Продукты, которые я привезла, мы поделили на несколько частей, чтобы их хватило на более долгий срок. Целый день прошел в хлопотах, и только вечером я выкроила время, чтобы почитать детям сказку. Долго думала, какую выбрать, и в конце концов остановилась на «Золушке». Малыши уже лежали под одеялами и ждали меня. Я удобно устроилась на маленькой скамеечке и начала:

— Жил-был один почтенный и знатный человек. Первая жена его умерла, и он женился во второй раз, да на такой сварливой и высокомерной женщине, какой никто никогда и не видывал. У нее были две дочери, очень похожие на свою матушку и лицом, и умом, и характером. У мужа тоже была дочка, добрая, приветливая, милая — вся в покойную мать. А мать у нее была самая красивая и добрая женщина на свете…

Когда я перевернула последнюю страничку, в комнате стояла мертвая тишина. Сначала мне показалось, что малыши уснули. Но вдруг из дальнего угла раздался чей-то голос:

— Тетя, а вы скоро уезжаете?

В полумраке я не разглядела, который из малышей задал вопрос, но по тому, как остальные дети зашевелились и приподнялись из своих кроваток, поняла, что случилось что-то необычное. Подойдя к тому месту, откуда раздался голос, я немало удивилась, увидев Мехмеда. Как! Немой мальчик заговорил!.. Стараясь не испугать ребенка, я осторожно произнесла:

— Милый, тебе понравилась сказка?

Мальчик кивнул головой.

— Ты не хочешь, чтобы я уезжала?

— Нет.

Я отчетливо слышала это «нет». Не зная, можно ли расспрашивать мальчика, я просто пожелала детям спокойной ночи и вышла.

Утром меня разбудили восторженные крики Васфие. Она влетела ко мне в комнату и радостно сообщила:

— Феридэ-ханым, Мехмед заговорил!

Я спокойно приподнялась с постели и поинтересовалась:

— Васфие, а как это случилось?

— Я пришла звать малышей завтракать, а Мехмед спросил, не уехала ли ты…

— Для меня это не новость. Вчера вечером, когда я прочитала детям сказку, он задал мне тот же вопрос.

Заведующая восторженно всплеснула руками.

— Какое это счастье! Теперь мы узнаем, откуда он и где его родители. А мы-то считали малыша немым…

Быстро одевшись, я поспешила вслед за Васфие в столовую. Малыш ковырял ложкой кашу. Когда Мехмед увидел меня, то глаза его засветились. Мальчик бросился ко мне и обхватил ручонками мои ноги. Я взяла Мехмеда за руку и подвела обратно к тарелке. Покормив ребенка, я предложила ему конфеты, которые привезла из Кушадасы. Мальчик с удовольствием съел все. Только тогда я приступила к расспросам.

— Как тебя зовут?

Несмотря на его молчание, я не унималась:

— Мы называем тебя Мехмед, но это же твое ненастоящее имя?

Мальчик кивнул.

— Все в доме обрадовались, что ты заговорил. Это настоящий праздник. Но многие не слышали твоего голоса. Если не трудно, повтори еще раз то, что ты сказал вчера вечером и сегодня утром.

Ребенок насупился. Он заерзал на стуле и, по всей видимости, хотел убежать.

— Если ты желаешь уйти — иди. Я не буду тебя задерживать.

Малыш вскочил с места и как угорелый бросился на улицу. На пороге комнаты он остановился и громко выпалил:

— Меня зовут Ихсан…