Деннис Робинс - Невеста рока. Книга вторая

Певерил опустил взор на ее совершенные руки в лайковых перчатках, которые любезно одолжила славная миссис Гомм.

— Не печальтесь об этом, — произнес он. — Я напишу их снова.

Карета остановилась у первой заставы, где стражник у шлагбаума взимал пошлину за проезд.

Потом они снова отправились в путь по широкой дороге и так и сидели рука об руку, пока карета с грохотом проезжала через Ахсбридж. Флер рассматривала окрестности Лондона — жалкие полуразвалившиеся лачуги, в которых теснились бедняки, грязные, пыльные улочки, огромные толпы народа. Такое зрелище только у Раббины вызывало восторг. Это был самый волнующий день в жизни деревенской девушки.

— Боже, я в Лондоне! — все время приговаривала она.

И вот наконец карета подкатила к громаде церкви св. Мартина, где вышли все пассажиры. Флер, Певерил и Раббина пересели в красивый кеб, который являлся тогда новейшим средством передвижения, и в нем завершили свое путешествие. Кеб привез их в Воксхолл-Гарденз. Флер наконец облегченно вздохнула, когда Певерил подвел ее к дому своих друзей.

Супружеская чета Тейлоров занимала небольшой старенький дом, расположенный в числе элегантных, хотя и скромных строений, появившихся в эпоху Георга II. Эта улочка заканчивалась рядом еще более изящных домиков, примерно в двух минутах ходьбы от реки.

Когда Певерил позвонил в дверной колокольчик, Тейлоры находились в комнате, переделанной Луком в художественную мастерскую-студию, где в свободное время он занимался живописью. Была суббота, и он вернулся домой раньше, чем обычно.

Когда Лук увидел, кто стоит перед дверью, его радость была неподдельна. Он любил Певерила Марша и относился к его семье и горбунье-сестре с искренним уважением и привязанностью. Лук глубоко сожалел, узнав о решении Певерила покинуть Лондон, чтобы найти какое-нибудь прибежище в деревне для больной сестры Элспет.

Алиса вышла следом за мужем. Они с любопытством разглядывали молодую женщину в сером и сопровождающую ее служанку. Певерил крепко обнял друга и произнес:

— Мне надо многое рассказать. И я буду чрезвычайно обязан тебе, если смогу воспользоваться твоим гостеприимством, и не только я, но и эта леди со служанкой.

— Ну конечно, конечно, — дуэтом проговорили Тейлоры, будучи славными и добрыми людьми.

Лук не считался таким вдохновенно талантливым художником, как его давний школьный приятель, но был достаточно сведущ в искусстве, чтобы признать незаурядный талант Певерила Марша.

Очень обрадовавшись встрече с другом, Лук повел гостей через узкую прихожую в гостиную. Миссис Тейлор следовала за мужем, испытующе разглядывая молодую даму. Интересно, приходится ли эта женщина Певерилу женою?

Раббину отослали на кухню — помочь служанке Тейлоров, Эмме, приготовить ужин.

И вот в маленькой гостиной Алисы, которую Флер нашла обставленной с безупречным вкусом, насколько это могли позволить стесненные средства, Певерил, приглаживая нервными пальцами волосы, произнес:

— Это долгая история, друзья мои. Но сначала я должен буду попросить вас соблюдать величайшую секретность. Очень важно, чтобы ни одна живая душа не узнала, что я нахожусь у вас, равно как ни в коем случае нельзя разглашать имени прибывшей со мной дамы.

— Пожалуйста, снимите шляпку и будьте как дома, — обратилась миссис Тейлор к Флер. Та последовала ее совету, и тут же потрясающее зрелище ее тонкого лица в ореоле золотых волос заставило Тейлоров забыть о приличных манерах, и они с изумлением уставились на гостью. Певерил улыбнулся. Он словно читал их мысли. Затем кивнул Луку, низенькому крепкому мужчине с веселыми глазами и непослушными жесткими кудрями, ниспадающими на лоб, а также с бакенбардами, весьма модными в Лондоне.

— Да, да, — сказал Певерил. — Она красива, не так ли?

— Необычайно! — вырвалось у Лука. Сейчас он смотрел на Флер глазами тонкого ценителя-художника и не мог отвести взгляда от ее фиалково-синих очей.

— Ради Бога, не заставляйте бедную Флер так краснеть! — с улыбкой проговорила Алиса. Флер благодарно взглянула на женщину, которая выглядела по-матерински доброй, глядя на гостью блестящими, веселыми, лукавыми глазами.

— Что ж, расскажи-ка нам все, дружище, — промолвил Лук. — Я уверен, мы найдем комнаты для вас обоих, не правда ли, Алиса, любовь моя? Ты, Певерил, можешь спать у меня в студии, а наша гостевая спальня будет к услугам леди. Однако нам страшно не терпится узнать, что происходит и чем ты занимался с тех пор, как покинул Лондон.