Вайолет Винспер - Горек мёд

- А что, это отличная идея! - Просветлела Кара и надкусила сочный персик. - Сегодня воскресенье, так что Никки свободен от работы в офисе. Кстати, Никки страшно честолюбив. - Я бы сказала, честолюбие присуще всем вашим мужчинам, Кара. - С задумчивой улыбкой Домини смотрела в море, следя взглядом за лодкой с ярко-пунцовым парусом, четко выделяющимся на фоне синей воды. До ее ноздрей донесся острый аромат моря, а мысли были заняты рассказом Кары. Она никогда не сомневалась в мужестве Поля или его любви к своей семье, что вообще присуще грекам. Она знала, каким щедрым он мог быть, и уважала его, иногда даже чувствовала в себе ответную страсть. Но в отношениях их не было прочности, чувства благополучия.

Это удел только любимых. Люди устают от своих капризов, от вещей, что привлекли их временное внимание.

Кара убежала готовиться к прогулке, а Домини была в своей спальне, надевала белые бусы, когда вошел Поль. Он выглядел неимоверно большим и блистал чистотой, волосы, еще влажные от парилки, завились мелкими кольцами, а опушенные густыми черными ресницами глаза, встретившись в зеркале со взглядом Домини, казались особенно яркими. Красивый, как демон, сказал про него Берри, и Домини вся застыла, когда он взял ее за плечи и наклонился поцеловать шею.

- Ты пахнешь мимозой, - сообщил он, поднимая ее с пуфа перед туалетным столиком и поворачивая к себе лицом. На ней было белое платье без рукавов с вышитой веточкой мимозы на бедре. Мороз пробежал по коже там, где коснулся ее взгляд Поля. Она не сопротивлялась, когда он привлек ее к себе. Ее руки уперлись в его плечи, и когда губы потерялись в его властном поцелуе, безжизненно соскользнули по стальным мышцам.

Она вдохнула знакомый острый аромат лосьона и пассивно приняла поцелуй. Потом, совершенно неожиданно, пальцы его больно вонзились в ее ребра.

- Ах ты, ледышка, - пробормотал он, - поцелуй меня сейчас же! - И уже вовсе не нежно он перекинул ее через руку и силой заставил ее губы ответить на поцелуй.

Когда он наконец поднял голову и позволил ей встать свободней, голова у Домини кружилась так, что ей пришлось ухватиться за край туалетного столика. Поль покривил губы в сердитой улыбке.

- Домини, mia, не смотри на меня так, - насмешливо попросил он. - Ты можешь убить меня взглядом.

- Потребуется гораздо более, чем просто взгляд, чтобы убить тебя, Поль, ответила она, все еще потрясенная и рассерженная тем, что он силой заставил ее ответить на поцелуй. У нее болели губы и Домини знала, что на талии будут синяки от его пальцев. Он с насмешливым упреком покачал кудрявой черной головой.

- Я уже говорил тебе, моя дорогая, что я не так уж неуязвим. У меня, как и у других людей, есть своя ахиллесова пята, и тебе, возможно, даже будет не хватать меня немного - кто знает? - если охранник у двери вдруг откроет ее и призовет меня переступить порог.

Когда он говорил это, Домини окинула его взглядом, его темную высоко поднятую голову языческого бога.

- Что я для тебя? - не могла не спросить она. Он подумал над ее вопросом, пальцы его бездумно поиграли бусинами ожерелья.

- Возможно, создание мечты, - чуть слышно проговорил он. - Жемчужина, попавшая мне в ухо, как выразился твой друг художник.

- Символ положения удачливого бизнесмена, - холодно поправила его Домини. - Странно, мне всегда казалось, что удовлетворить тебя не может ничто, кроме обожания, Поль, и полного подчинения женского сердца.

- Иногда условия заставляют нас довольствоваться доступным, - ответил он с усмешкой. - А чего хочешь ты, Домини, рыцаря из сказки?

- Это было бы приятно, - заявила она, думая о Берри, мальчике, который с освещенными закатным солнцем золотистыми волосами на перевернутой лодке казался похожим на сказочного рыцаря.

- Галахарды на белых конях существуют только в сказочной стране, - сухо заметил он. - Тебе придется довольствоваться Ланцелотом.

- Ланцелот - черный рыцарь, - процитировала она. - Однако он завоевал сердце королевы, не так ли?

Поль приподнял ей подбородок, не позволяя отвести взгляд. Его лицо с бледным шрамом над бровью в этот момент казалось лицом дьявола.

- Что, если бы я попросил тебя подарить мне сердце, Домини? - спросил он. - Эту разбитую безделушку? - она заставила себя рассмеяться. - Она не нужна была тебе целой.., разве ты не помнишь, что сказал в день нашего венчания? Что у тебя нет времени на такие пустяки, как стать любимым.

- Я употребил слово "нравиться", а не "быть любимым".

- Хорошо, - Домини повела плечами. - Но вряд ли можно рассчитывать быть любимым, если не нравишься?