Барбара Константин - Амели без мелодрам

И он действительно всхлипнул. Столько всего сразу навалилось… необходима разрядка…

Уф! Просто гора с плеч!

И перед тем, как повесить трубку…

— Скажи, Фанетта… Хочу тебя спросить… после моего развода… ты согласишься выйти за меня?.. Что?.. Ты согласна? Нет, эта женщина решительно сошла с ума!

Я?.. Нет, я-то уж точно не сумасшедший.

Белло предупредил Амели, что привезет Клару и Антуана и что они приедут вечером. Рассудив, что, скорее всего, приедут они гораздо позже — таков уж Белло, у него иначе не получается, — Амели пригласила всех остаться ночевать. И принялась считать: Белло, Мэгги, Юсуф, Джамал, Антуан, Клара, Марсель и она сама. Итого, восемь. Если слегка потесниться, разместиться можно. Марсель поехал докупить кое-что к ужину. А она принялась готовить спальни. Малышка Леон расшалилась не на шутку. Чувствует, что происходит что-то необычное. И хочет поучаствовать. Так что Амели заправляет постели, а Леон приводит их в полный беспорядок. Поначалу Амели смеялась. Потом она по-настоящему устала. Она крикнула: «Хватит! Брысь!» Леон дала стрекача. Но она только сделала вид, что очень-очень испугалась! И по пути проказница опрокинула все, что смогла. Ведь это так весело, а главное, сколько шума!

Список нанесенного ущерба пополнился.

Амели подсчитывала про себя.

Занавески в спальне Клары… Очень заметно, что они уже порваны сверху донизу, не больно-то красиво… Синий стул… Леон очень любит точить коготки о его ножки. Надо будет закрасить… Ваза в коридоре. Фернан выиграл ее в тире на сельской ярмарке. Ну и ладно, туда ей и дорога! Она была уродливая и громоздкая. И еще… светло-серый пуловер. Понимаешь, о каком я, Фанетта? Ну да, твой… кашемировый. Ой-ой!.. Вот разозлится, когда узнает…

Команда Белло прибыла поздно вечером. Все были голодные и быстро расправились с ужином.

Клара не задает вопросов. Ни Амели, ни Марселю. Просто смотрит на них с нежностью. Миленькие мои! До чего забавные… Им кажется, что они великие конспираторы! Просто умора. Антуан же не совсем уверен, ему нужны доказательства. И он спросил у Марселя, с самым невинным видом:

— На сколько времени ты подписал договор аренды своей студии в доме престарелых? Ты можешь его расторгнуть когда захочешь?.. Да нет, я так говорю, потому что мой папа работает в агентстве по недвижимости… и я немножко разбираюсь…

Ночь выдалась теплой. В небе ни облачка. Луна еще не взошла. Самое лучшее время, чтобы увидеть падающие звезды. Все расположились на траве. Клара поискала Леон и свернулась калачиком возле Амели, сидящей в шезлонге.

— Во времена древних греков и римлян люди верили, что каждому жителю Земли соответствует своя звезда. Когда человек умирает, звезда срывается с неба и становится падающей звездой. Красиво, правда?..

— А если человек умрет днем? Тогда падающую звезду никто не увидит?

— И правда, я об этом не подумала…

— Антуан, ты видел? Нет? Не понимаю, как ты мог не заметить! Сегодня вечером их полно падает!

Юсуф усмехнулся. Он их видел по крайней мере дюжину! Джамал шесть штук. Клара три. А Антуан всего одну! Да и то он не уверен… Может, это был самолет или спутник. Ему стало досадно, и он изо всех сил таращит глаза…

— Ух ты черт! Огромная какая!

— Где? Где?

Антуану уже надоели эти падающие звезды…

Марсель вдруг проснулся. Он забыл сказать, что желание надо загадывать, пока падающая звезда не исчезла. Иначе — пустое дело, выеденного яйца не стоит!

Мэгги и Белло покатились со смеху.

Юсуф и Джамал злятся. Что же, выходит, все зря? Но звезда падает так быстро! Успеть загадать желание — супертрудно!

Они шепчутся:

— Ты что загадал?

— Не скажу! Иначе не сбудется…

— А ты в это веришь?

— Да конечно нет! Но… вообще-то… кто его знает…

— Вот-вот. И я тоже так думаю…

Все угомонились и заснули, а у Амели и Марселя сна ни в одном глазу. И они решили побыть в саду. Держась за руки, они уселись под липой.

Слушают ночь…

Соловьев, которые выводят гаммы, распеваясь перед концертом, лягушек, переругивающихся из-за лучших мест на листьях кувшинок, летучих мышей, притворно пугающихся, подлетая слишком близко к стенам дома…

Марсель заговорил:

— С тех пор как у меня завелся диктофон, я вдруг понял, что мне не хватает слов, представляешь?.. Я их знаю немало, но не понимаю, как ими пользоваться, и они меня не слушаются. Вот ты, например, помнишь, как мы в конце диктанта всегда писали список слов? Незнакомых, трудных? И их значения. Их надо было выучить наизусть. А я даже не пытался, настолько был уверен, что они мне никогда не пригодятся. …Господи, какие же мы были тогда дураки! Я вот сейчас вспомнил нашего учителя. Ему надо было бы дать орден Почетного легиона за все то, чего он от нас натерпелся. Теперь-то я это понимаю. Мы были неисправимы! Так и вижу его. Месье Ле Флош… Слушая, как мы читаем стихи, он всегда закрывал глаза. Меня это смешило, и я втихаря хихикал. «Вы находите это смешным, Марсель? Тогда поделитесь с нами вашим веселым настроением. Прочтите нам, пожалуйста, что-нибудь. И перестаньте вихляться и переминаться с ноги на ногу! А то в конце концов у меня закружится голова».