Джилл Шелдон - Забвение

— Что перестать?

— То, что ты задумал. Хотя я и не знаю, как это назвать.

Улыбка Трента повергла ее в панику.

— Ну что ж, по крайней мере, мы думаем одинаково.

Было странно сознавать, что она, знавшая его столько лет, по-настоящему боится его.

— Трент, пожалуйста…

— Похоже, ты устала. Если ты не стараешься выговаривать каждый слог, твой голос звучит отвратительно. Забавно… Раньше я этого не замечал.

Жестокое напоминание о ее глухоте не на шутку разозлило Хоуп.

— Лучше уходи, Трент! — Но голос ее сорвался, и это сделало угрозу смешной.

Ладони Трента обхватили ее лицо, он прижимался к ней, вдавливая в стену. Вдруг он одним рывком спустил с ее плеч белый халат; локти Хоуп оказались спутанными, и она почувствовала себя совершенно беспомощной. Трент смерил взглядом ее скромное платье.

— Я пытался убедить тебя добром, — проскрипел он. — Но понял, что это бесполезно. — Еще один рывок, и воротник платья затрещал, лопнув по шву и обнажив плечо. Когда Трент опустил голову, чтобы прижаться к нему губами, Хоуп, продолжавшая вырываться, больно стукнула его лбом по лицу. — Уй!.. Черт побери! — выругался он, еще крепче прижал к себе, снова наклонился и больно впился зубами в ее плечо, заставив Хоуп вскрикнуть. — Слушай внимательно. — Трент стиснул ее и вынудил поднять глаза. — Все считают, что ты беременна от меня, Хоуп, — проскрежетал Блокуэлл и сильно встряхнул ее. — Мы поженимся, и твой отец получит долгожданного внука. Если, конечно, доживет до его появления на свет.

— Мы никогда не спали с тобой! — отчаянно извиваясь, прошипела Хоуп.

— Твой отец будет очень доволен, — продолжал Трент, как будто не слыша ее слов. — В газетах появятся свадебные фотографии, на которых будет одна большая счастливая семья. В общем, знай: как бы там ни было, мы все равно будем вместе.

— Я не понимаю…

— И не нужно. — Голос Трента стал низким и хриплым, его пальцы впились в кожу Хоуп. — От тебя требуется только одно: делать то, что я скажу. — Он поднял темные брови. — А теперь об этой маленькой детали, на которую ты намекала. О том, что мы с тобой не спали… — Блокуэлл опустил голову, уткнулся лицом в шею Хоуп и прижался к ней губами. — Давай уладим это недоразумение прямо сейчас.

Когда Хоуп, резко выбросив колено, ударила его в пах, у Трента остекленели глаза. Он охнул и попятился.

Хоуп не мешкая побежала на кухню; ее докторский халат реял позади. Там она схватила первое, что попалось ей под руку, — половую щетку.

Когда Трент догнал ее и стиснул в объятиях, Хоуп попыталась увернуться, и они с грохом упали на мозаичный пол.

— Напрасно ты сделала это, детка, — пропыхтел Блокуэлл, наваливаясь на нее всем телом. — Я пытался быть вежливым.

Вежливым? Ну, гадина! Ярость придала Хоуп сил…

Клейтон!

На мгновение она замерла. Не задумываясь над тем, какое чувство подсказывает ей, что Клейтон рядом, она бешено начала вырываться. Клей не должен пострадать! Громкий стук, донесшийся из коридора, дал Хоуп шанс, на который она уже не рассчитывала. Когда озадаченный Трент поднял голову, Хоуп резко повернулась и выскользнула из-под него. Поднявшись на ноги, она собрала все силы и ударила Блокуэлла щеткой по затылку.

— Вставай, — тяжело дыша, сказала она и едва узнала свой искаженный страхом голос. — Вставай и убирайся, или я вызову полицию.

Трент стер выступившую в уголке рта капельку крови — видно, прикусил язык — и удивленно воззрился на Хоуп.

— Ты пожалеешь об этом. Горько пожалеешь.

— Вряд ли. — Хоуп снова угрожающе взмахнула щеткой, не обращая внимания на то, что потеряла туфлю, халат висит на одном рукаве, плечо обнажено, а волосы упали на лицо. Она запыхалась так, что не могла отдышаться.

Трент покачал головой, засмеялся и встал на ноги.

— Я вижу, ты не в том настроении, чтобы прислушаться к голосу рассудка.

— Рассудка? — зло выпалила она. — И ты еще…

— Ох, этот русский норов! Я его обожаю, — врастяжку произнес он. — Насиловать тебя я не собираюсь. — Трент смерил ее обжигающим взглядом. — Нет, — сказал он тем же самоуверенным тоном, от которого ее бросало в дрожь, — я хочу, чтобы это произошло с твоего согласия. Чтобы ты умоляла меня. И, поверь, так оно и будет. Причем очень скоро.

— Никогда! — Однако ее гнев увядал на глазах. Почему он так уверен в этом? Видимо, знает то, что ей неизвестно.

Трент пошел к черному ходу, потирая место ушиба.

— Это еще не конец, Хоуп.

— Да, не конец.

На пороге Трент Блокуэлл обернулся. В его глазах полыхала ярость.