Николас Эванс - Перевал

Он вручил пакет Бенджамину, который, вместо того чтобы поблагодарить шерифа и отложить вещи в сторону, вытащил из пакета красную лыжную куртку и развернул ее. Сара увидела, как наполняются слезами его глаза. «Ради всего святого, — подумала она, — если он сейчас потеряет над собой контроль, я уже не смогу сдерживаться». Она молча протянула руку, забрала у него куртку, а потом нервно запихнула ее назад в пакет.

Чарли Риггз откашлялся.

— Есть еще одна важная деталь, о которой я не сказал, — произнес он. Его голос звучал очень серьезно. Было очевидно, что он пытается подобрать нужные слова. — При вскрытии было обнаружено то, о чем вы наверняка не знали. В момент смерти Эбби была на втором месяце беременности.

За долгие годы Чарли Риггз по долгу службы пересекался со многими сотрудниками ФБР. Почти со всеми у него устанавливались нормальные деловые отношения. Конечно, попадались среди них и те, кто пытался взять покровительственный тон, но в основном они были вежливыми, скромными и хорошо знали свою работу. Чарли помнил Джека Эндрюса, с которым общались и Куперы, когда исчезла их дочь, — они вместе работали в Миссоле, и Чарли нравилось их сотрудничество. Но этот молодой выскочка Вайн Гемлер был еще тем фруктом.

Бен и Сара сидели в душном маленьком кабинете уже больше часа, в течение которого был в основном слышен лишь голос хозяина. Несмотря на прическу и одежду, он умудрялся выглядеть как пятнадцатилетний мальчишка. Наверное, поэтому он и старался изо всех сил произвести впечатление умного дяденьки, который здесь всех всему научит. Как раз в этот момент он нес что-то об «аналитической системе методов накопления информации для последующего ведения судебного процесса». Все, что он им сообщил, Куперам уже было известно. Мистер Купер сидел и вежливо слушал, но последние десять минут его бывшая жена больше смотрела в окно.

Чарли невольно смотрел на женщину. От нее трудно было оторвать взгляд. Ему было интересно, сколько же ей лет, потому что эти леди с восточного побережья умели держать себя в форме. Наверное, не больше сорока пяти. Она была высокой и элегантной. Было очевидно, что в молодости Сара Купер была потрясающей красавицей. При более счастливых обстоятельствах она, конечно, выглядела бы намного привлекательнее. А если бы она набрала несколько фунтов и немного отрастила свои светлые волосы, то по-прежнему поражала бы воображение красотой. Темно-синее платье очень шло ей, и Чарли мог поспорить, что маленькие бриллиантовые камушки в ее ушах были настоящими. Если сложить все вместе, то о ней можно было сказать словами отца Чарли, что эта женщина — «птичка высокого полета». Да и за словом в карман не полезет, что, должно быть, всегда держало в напряжении ее супруга. Чарли догадывался, полагаясь на собственный опыт общения с Шерил, как, наверное, чувствует себя бедняга мистер Купер. Но с другой стороны, шериф не один раз сталкивался с тем, что матери, переживая траур, вели себя именно так. Гнев служил им защитой и способом оставаться при здравом уме в тяжелой ситуации.

В какие-то мгновения за этим внешним холодом Чарли замечал, какая она на самом деле хрупкая и ранимая. Его тронули грациозность и красота, искренняя безутешность и стремление держать себя в руках. Выражение глаз женщины, когда он сообщил им о беременности их дочери, многое ему сказало: еще мгновение — и она бы сломалась. Такое же выражение было на ее лице и сейчас, когда она смотрела за окно. С тех пор как она услышала новость от Чарли, она едва ли произнесла хоть слово.

Бен Купер не скрывал своего горя. Он казался Чарли просто отличным парнем. Должно быть, в свое время они были чудесной парой, такой, как в журналах, когда счастливых супругов фотографируют сидящими на яхте или у бассейна. Обычно они производят впечатление совершенного брака, но почему-то близкого к разводу. Чарли размышлял, какая кошка между ними пробежала, что должно было пойти не так. Случилось ли это из-за их дочери, или же они сами пришли к решению расстаться? За их отношениями стояла какая-то история, и это не вызывало сомнений. Чарли был уверен в этом, исходя не только из собственного опыта, но и из опыта сотен других безымянных пар, переживших чувства вины, злобы и разбитых надежд.

Он проследил за взглядом женщины. Дождь усиливался, а теперь еще поднялся ветер. Сквозь ветви деревьев, на которых уже появились почки, он увидел, как вниз по улице проехал грузовик почтовой службы. Молодая женщина в прозрачном полиэтиленовом плаще везла инвалидную коляску с мальчиком, пытаясь укрыть его от капель дождя красным зонтом. Чарли снова посмотрел на миссис Купер и встретился с ней глазами. Он улыбнулся ей, извиняясь за Гемлера, который все еще продолжал говорить, сидя за своим безупречным офисным столом, на котором стоял стакан с заточенными карандашами, а рядом лоток для скрепок. У этого зануды даже была подставка для кофейной чашки. Чарли вдруг вспомнил чье-то высказывание о том, что нельзя доверять мужчине, у которого царит порядок на рабочем столе. Гемлер был классическим примером.