Николас Эванс - Перевал

— Да?

— Они нашли ее тело в Монтане, на запад от Великих водопадов. Она пробыла там довольно долго. Бен, прими мои соболезнования.

Кэри Гранта сейчас должны были атаковать два тяжеловесных бандита. Бен отключился. Его дочь мертва? Он воспринял это почти бесстрастно, как нечто не укладывающееся в голове. Ева появилась в дверях с двумя большими чашками зеленого чая. Она остановилась и стояла тихо-тихо. Ее волосы цвета воронова крыла были распущены по плечам, сильно оттеняя бледность кожи на руках. Пар клубами поднимался над чашками, а тень от свечи плясала на ее персиковом сатиновом халате. Она не шевелилась и пристально смотрела на него своими карими глазами. Ее взгляд свидетельствовал, что она все поняла.

— В каком состоянии…

Бен оборвал себя на полуслове. Его девочка лежит сейчас где-то, терзаемая дикими животными. Нет.

— На сто процентов. Отпечатки пальцев и анализ ДНК. Бен, мне очень жаль.

— Я хочу спросить, вы уверены, что нашли именно ее тело?

Наступила пауза. Бену показалось, что он видит, как мир вокруг него кружится, словно оторванный от опоры. Ева поставила чашки и села рядом с ним на кровати. Она обняла его за плечи. Кендрик тактично ждал на другом конце провода. А потом они продолжили разговор, в основном о формальностях, из которых Бен пытался построить защитную стену от боли. Кендрик мягко спросил, стоит ли ему самому звонить Саре, но Бен ответил, что сделает это сам, тем более что она сейчас в Италии. Он узнал об этом два дня назад, когда делал свой еженедельный звонок сыну. Джош сообщил ему, что Сара вернется не раньше понедельника.

Кендрик снова выразил свои соболезнования и напомнил, что перезвонит утром, а они, Бен и Сара, должны решить, как устроить похороны и что сказать репортерам. Очевидно, в прессе будут ждать какого-то заявления.

— Да, — тихо ответил Бен. — Конечно.

Затем он поблагодарил Кендрика и сел, глядя невидящими глазами на телеэкран. Он нашел пульт, резко выключил телевизор и только после этого глухо разрыдался.

Прошел час, но его голова все еще покоилась на груди Евы. Она была облита его слезами. Они начали обсуждать, что должно быть сделано. Бен выразил сомнение, стоит ли ему звонить Саре, пока она не вернется домой. Так он освободит ее от мучительных часов в самолете, где она будет совершенно одна со своим горем. Наверное, ему стоит полететь в Нью-Йорк и встретить ее в аэропорту, а затем уже сообщить страшную весть. Ева, которая не поддалась эмоциям, ответила, что лучше будет рассказать все сразу. Она, как мать, считала, что так будет честнее и разумнее, иначе Сара воспримет это как обиду.

Они прикинули, что в Венеции сейчас шесть утра. Звонить слишком рано. Пусть она поспит. Надо дать ей этих два часа забытья и неведения, два часа жизни без шока и боли. Он решил позвонить ей, когда в Санта-Фе наступит полночь. Затем они начали обсуждать, в какой форме сообщить об этом Джошу, деду и бабушкам Эбби, которых это тоже касалось.

Пока они ждали наступления полуночи, Бен рассказал Еве о том, что Кендрик предупредил его о необходимости заявления для прессы. Еще год назад стало известно, что Эбби Купер, девочка из обеспеченной семьи, пополнила ряды экотеррористов. Ей посвящались целые программы на телевидении с точным воспроизведением того, что ей вменялось в вину.

В течение долгих месяцев Бену приходилось отражать атаки репортеров по телефону. Они пытались посмотреть на случившееся под разными углами зрения. Но время шло, об аресте молчали, и постепенно, казалось, интерес к теме угас. Шоу продолжилось без участия семьи Бена. Может быть, по прошествии стольких лет они не станут раздувать сенсацию из смерти его дочери. Хотя сказать наверняка было сложно.

В полночь он позвонил в Венецию, но ему сказали, что синьора Купер уже ушла из отеля. Когда он позвонил снова спустя два часа, она все еще не вернулась. Они прождали почти всю ночь, проваливаясь на время в сон и тут же просыпаясь. Стараясь держаться друг за друга, они не замечали, как одна за другой догорали свечи. Когда Ева забылась сном, лежа спиной к Бену и невольно упираясь бедром в его живот, он снова разразился горькими слезами. И только тонкая полоска луны заглядывала в их окно…

Его разбудили, когда еще не было семи утра. Ева стояла у кровати, протягивая ему мобильный телефон.

— Это Сара, — негромко произнесла она.

Он увидел имя бывшей жены на экране дисплея. Еще не успев очнуться от тяжелого сна, одолевшего его после мучительного ожидания, Бен на мгновение растерялся, не понимая, зачем это он мог понадобиться Саре в такую рань. Но действительность свинцовым грузом немедленно навалилась на него. Их дочь была мертва.