Фред Стюарт - Титан

— Хочешь еще выпить? Могу взять, — предложил он.

Она засмеялась:

— Если я выпью слишком много мартини, я могу сотворить нечто ужасное!

— Что, например?

— Кто знает? Может, я потащу в свою постель парня, которого зовут Чарли.

Она смотрела на него, но видела перед собой обнаженного брата, стоявшего на берегу того лесного пруда в Тракс-холле… Ее грех… Их маленькая тайна… Но является ли она тайной до сих пор? Может, отец догадался? И поэтому заставил ее выйти за Честера? Раздумья по этому поводу терзали ее в течение всего последнего года. Так же, как и сексуальное возбуждение при мысли о том далеком дне, когда она с братом… Алкоголь все сильнее затуманивал сознание, слезы катились по нежной щеке. Хуже всего для нее было то, что после того случая на берегу лесного пруда она никогда не испытывала столь же сильного сексуального наслаждения. Даже с Честером получалось слабее, хотя он был хорош в постели, и это как магнитом притягивало ее к нему.

Это было с ее стороны безумием, но она снова хотела своего брата. Хотела и знала, что никогда этого не будет.

Чарли Уэльс ошалело смотрел на нее, отказываясь верить в свое счастье.

— Мы бы могли пойти в «Балтмор», — зашептал он. — Это всего через два квартала.

Она улыбнулась.

— Чарли, — прошептала она. — Уложи меня в постель, Чарли. Сделай меня снова счастливой.

Чарли Уэльс, потея от предвкушений, кликнул бармена, чтобы расплатиться.

Будто нож в масло вошла в Бельгию и Северную Францию вдоль русла реки Маас группа немецких армий «А». Войсками командовал генерал Герд фон Рундштедт. Четвертая армия под командованием Клюге атаковала Динан, Эрметон и Гивет к северу, в то время как к югу 19-й танковый корпус Гудериана атаковал французский город Седан. Именно здесь семьдесят лет назад Луи Наполеон Второй потерпел поражение от превосходной прусской армии, которой командовал Мольтке. То, что сейчас кажется очевидным, тогда стало для французов полной неожиданностью: немецкие армии просто обогнули линию Мажино, на которой в основном и сосредотачивалась французская армия, ориентированная на оборону. Битва на реке Маас была окончена в четыре дня, французские войска отступили, и парижское правительство начало паниковать.

16 мая, когда Париж для оценки обстановки посетил Черчилль, чиновники МИДа уже вовсю жгли бумаги в гигантском костре, разведенном во дворе прекрасного дворца на Ке д’Орсэ. Французский премьер Поль Рено умолял Черчилля поднять в воздух больше английских самолетов, чтобы унять накатывавшуюся на французскую столицу кровавую волну вермахта. В то же самое время его любовница, жадная до власти красавица графиня де Порт, бегала по их квартире на площади Дю Пале-Бурбон и спешно паковала чемоданы, готовясь к предстоящему бегству. Стойкий антифашист Рено отнюдь не был пораженцем, но его любовница, которая в течение многих лет шла на все, чтобы добраться до рычагов верховной власти во Франции, теперь с потрясающей непоследовательностью старалась убедить своего любовника в необходимости капитулировать перед Германией.

Желание мадам де Порт, как оказалось, весьма скоро сбылось.

В считанные недели Эдвина так крепко полюбила их дом в Одли-плэйс, как никогда не любила ни одну из их с Ником роскошных резиденций в Штатах. Дом был прост, но Эдвину удовлетворяло в нем решительно все. Впрочем, и «прост» он был лишь относительно: все-таки более двадцати комнат. Гостиную Эдвина называла галереей. Это была семидесятифутовая комната с низким потолком и тремя кирпичными каминами. В XVI веке в галерее была маслодельня. Вдоль комнаты в самой ее середине тянулись два длинных дубовых стола, на которых в беспорядке были разбросаны книги и номера «Кантри лайф». Столы освещались лампами, сделанными из чудных китайских ваз XIX века. Вдоль стен тянулись удобные диваны и кресла в чехлах из цветистого ситца. Ситцевые же шторы закрывали окна с витражами. Остальные комнаты этого дома были не таких внушительных размеров, но не менее комфортабельными. Обшитая панелями столовая со столом на двенадцать персон, также обшитая деревом библиотека с застекленными дверями на балкон, откуда открывался вид на сад, биллиардная, цветочная оранжерея, кладовая, огромная кухня и четыре комнаты для прислуги — все это на первом этаже. Наверху были хозяйская спальня с ванной и еще четыре спальни с ванными комнатами. Ванные комнаты появились после капитального ремонта 1935 года, проведенного Эдвиной.