Эйлин Гудж - Чужое счастье

— Меня тошнит при одной лишь мысли об этом, — Лиз была очень бледна.

Вдалеке ритмично поскрипывал старомодный планер.

— Я помню, как однажды ночью папа вошел в мою комнату, — произнесла Анна. — Мне было где-то восемь или девять лет. Он поцеловал меня перед сном, и тут вошла Моника, обратив на себя, как обычно, все внимание. Она не ушла, пока не вышел он. Теперь мне интересно, пыталась ли она защитить меня?

Лиз покачала головой.

— Я не могу поверить в то, что мама обо всем знала. Почему она ничего не сделала ?

— Это было не так просто.

— Ну вот, ты опять ее защищаешь.

— Все, что я говорю, это… не обращай внимания. — Анна вздохнула. В чем же дело? Они с сестрой выросли под одной крышей, но, казалось, жили на разных планетах. — Послушай, по какой бы причине она это ни скрывала, это непростительно. Она должна была пойти в полицию или, по крайней мере, развестись с ним.

— Она должна была, могла бы, ей следовало бы… теперь уже слишком поздно об этом говорить.

Анна не могла с этим поспорить.

— Знаешь что? Думаю, Моника никогда не была счастлива, даже когда стала знаменитой. Она всю жизнь словно играла роль.

— Самую выдающуюся роль в своей карьере, — рот Лиз изогнулся в саркастической улыбке.

— А ты? — мягко спросила Анна, немного успокоенная размеренным скрипом планера и шелестом листьев над головой. Где-то вдалеке загудела газонокосилка.

— Счастлива ли я? — Лиз издала хриплый смешок. — Ответ зависит от того, в какой день недели ты об этом спросишь. С понедельника по пятницу я обычно слишком занята, чтобы думать об этом. Именно выходные вызывают у меня наибольшее отвращение.

Ей не нужно было объяснять: женатые мужчины выходные обычно проводят с женами и детьми.

— Как часто вы, гм, с ним видитесь? — Анна старалась говорить без осуждения. Кто она такая, чтобы кого-то судить?

Планер заскрежетал и остановился.

— Не так часто, как хотелось бы, если ты к этому клонишь. — Лиз выглядела несчастной. — Он продолжает говорить, что бросит жену, но я начинаю задумываться, стоит ли это всех моих страданий, даже если он это сделает. Кроме того, у него еще есть ребенок. Я не могу не думать об этом. — Она судорожно сглотнула, бросив на Анну виноватый взгляд. — Извини меня. Тебя будут судить по обвинению в убийстве, а я жалуюсь тебе на дурацкую любовную связь. — Слеза скатилась по щеке Лиз. — Почему я не могу быть такой великодушной, как ты?

— Быть великодушной не так уж весело, — сказала Анна. — В любом случае, я не так благородна, как ты думаешь.

Лиз уныло посмотрела на нее.

— Я знаю, что не всегда это показываю, но я переживаю за тебя, Анна.

— Со мной все будет в порядке. — Анну удивило то, что она сама поверила своим словам, по крайней мере на одно мгновение.

Лиз нехотя поднялась.

— Мне пора идти — нужно забрать Дилана из школы.

Анна тоже с усилием встала.

— Потом домой?

— А куда еще я могу отправиться? Я не осмеливаюсь даже выйти на улицу, чтобы подышать свежим воздухом: а вдруг он позвонит? — Лиз издала еще один сиплый смешок.

— Хорошо. Тогда мы сможем поговорить.

Мысли Анны еще раз вернулись к Марку. Может, она тоже мечтает о несбыточном? Что будет с ними, когда все это закончится? Даже эти несколько ночей без него она чувствовала себя более одинокой, чем могла себе представить. Анна изменилась. Она привыкла засыпать в объятиях мужчины и привыкла видеть Марка, застывшего в дверях старой комнаты Гектора, освещенного лившимся из комнаты светом. Ей не хватало их долгих разговоров и часов, которые они проводили в объятиях друг друга, не произнося ни слова. Сегодня ночью она будет лежать без сна и снова думать о нем. Вопрос в том, будет ли Марк думать о ней?

Анна вспомнила их последнюю ночь, проведенную вместе, когда она показала Марку последнее письмо Кристэл. После того как всем стало известно, что Анна писала за Монику, на нее обрушился шквал телефонных звонков и писем. Некоторые походили на то письмо из Техаса — от бабушки, которая связала ей шаль для холодных ночей в тюрьме, но большинство были разгневанными. Одна женщина высказала надежду на то, что Анну закроют на замок и выбросят ключ; другая написала, что ад — это слишком легкое наказание для Анны. Лишь сообщение от Кристэл было загадкой.

От: kssnkrys@aol.com

Кому: monica@monicavincent.com

Тема:???

Моника!

Я знаю, что ты не тот человек, которым я тебя считала, но ты ведь все равно была права во всем, что говорила. Ты этого не заслуживаешь. Я знаю, что ты невиновна. Мне жаль, что я не могу их в этом убедить.