Лесли Пирс - Цыганка

Перл с улыбкой наблюдала за Бет из кухни. С черными локонами, спускавшимися на обнаженные плечи, девушка выглядела замечательно. Выразительное лицо, большие глаза, полные губы — такая красавица будет желанной для любого мужчины.

Жаль, что она не может пойти в «Медведь» и послушать игру Бет, но ее место здесь. И Фрэнк в любом случае все ей расскажет.

Сэм и Джек ушли на работу раньше, чем Тео отвел Бет в салун «Медведь». Он, как обычно, был одет в свой вечерний костюм — белоснежную рубашку, галстук-бабочку, фрак и цилиндр. Тяжелый, подбитый шелком плащ свободно лежал на плечах.

— Салун получил свое название благодаря старой пивной, находящейся неподалеку. Ее хозяин держал на заднем дворе медведя, — сказал Тео, пока они шли по улице. — Если кто-то из посетителей плохо себя вел, он угрожал им, что выкинет их из зала к медведю.

Бет догадалась, что Тео нервничает. Он часто рассказывал ей байки, когда хотел скрыть свои чувства. Она не знала, беспокоится ли он, потому что сегодня она может не оправдать его ожиданий, или же боится, что Бет снова начнет жаловаться на жизнь в борделе. А может, Тео просто волновался перед предстоящей игрой.

Девушка молчала, потому что сама была сильно напугана и боялась, что ее стошнит. «Если ты смогла играть у Хини, то сможешь делать это где угодно», — подсказывал ей здравый смысл. Но раньше за нее никто не ручался и в случае провала пострадала бы только ее репутация. Бет знала, что Сэм, Джек и Тео пели ей дифирамбы и неудачное выступление выставило бы их дураками.

Они вошли в салун, и живот у Бет свело судорогой. Заведение оказалось намного больше, чем у Хини, высокий потолок и узкие окна на высоте восьми футов свидетельствовали о том, что здание строили как склад, но затем настелили новый деревянный пол. У одной из стен находилась длинная барная стойка, у другой, на подиуме за низкой балюстрадой, стояли столы и стулья. В дальнем конце, напротив двери, была расположена сцена. В салун было проведено новомодное электрическое освещение, лампы отражались в огромном зеркале за стойкой.

Здесь уже было очень людно, у бара выстроилась небольшая очередь из мужчин, ждавших, пока их обслужат. А пара официанток собирала заказы у людей, сидевших на подиуме. Атмосфера сильно отличалась от бара Хини, возможно, потому, что здесь было больше женщин. И не проституток, которых Бет привыкла видеть в подобных заведениях, а обычных аккуратно и неброско одетых женщин, которые могли бы работать в конторах или магазинах. Она боялась играть перед ними и была уверена, что вызовет у них неодобрение.

Отсюда ей было видно и Сэма с Джеком, но они, занятые работой, по-видимому, ее не заметили.

— А сейчас я познакомлю тебя с Фрэнком, — сказал Тео. Он взял ее за руку и быстро провел между столиков.

Они прошли через дверь позади сцены, миновали короткий коридор и остановились у следующей двери. Тео постучал, а Бет обеими руками схватилась за футляр со скрипкой.

— Он хороший человек. Не бойся, — прошептал Тео.

Фрэнк Джаспер оказался огромным, похожим на быка мужчиной с бритой головой, толстой шеей, широким приплюснутым носом и оспинами на лице. Он походил на человека, которому пришлось через многое пройти, но его элегантный вечерний костюм свидетельствовал об успехе.

— Так вот это, значит, твоя маленькая скрипачка, — сказал он Тео после того, как внимательно осмотрел Бет с ног до головы. — Надеюсь, она действительно так хороша, как ты говорил, иначе ее отдадут медведю.

Тогда Бет понятия не имела о привычке Фрэнка в шутку поминать медведя, в честь которого был назван его салун. Она решила, что посетители здесь очень привередливые, и почувствовала дрожь в коленках. К тому же ее беспокоил размер салуна: Бет не была уверена, что ее будет слышно за голосами пары сотен шумных посетителей.

Мужчины вышли и оставили ее одну в кабинете Фрэнка по меньшей мере на двадцать минут. Ожидая их, Бет совсем извелась. Фрэнк не сказал, как долго ей придется играть или какие мелодии нужно исполнять. Девушка подумала, что лучше бы ей стать прачкой, чем испытывать такой страх. Бет как раз собиралась проверить, есть ли здесь задняя дверь, через которую можно сбежать, когда за ней пришел Джек.

— Я так боюсь, — призналась она. — Я не смогу сыграть ни единой ноты.

Даже он выглядел непривычно в полосатом переднике бармена и с бабочкой, а шум, доносившийся из салуна, с каждым мигом становился все громче.

Джек обнял ее.

— Все будет хорошо, Бет. Ты будешь там не одна. Фрэнк распорядился, чтобы с тобой играли контрабасист и пианист.