Лесли Пирс - Цыганка

Натянув одеяла до самого носа, девушка осторожно открыла глаза и увидела склонившегося над камином Тео. Она скорее почувствовала, чем поняла, что он уже некоторое время находится с ней в комнате: шторы были задернуты, газовые лампы горели, а сам он был в домашней безрукавке.

Комната казалась очень уютной благодаря двум большим креслам, пододвинутым к огню, и толстому красному ковру перед камином. В целом обстановка казалась роскошной, потому что на стенах были газовые рожки с затейливыми стеклянными колбами, шторы были из тяжелой парчи, а возле одной из стен стоял комод из такого же темного дерева, как и кровать, тоже украшенный резьбой.

— Тео, — прошептала Бет, — который час?

Он выпрямился и с улыбкой повернулся к ней.

— Ну наконец-то! Я уже думал, ты никогда не проснешься. Сейчас семь вечера, и пару часов назад я проводил Сэма с Джеком на поезд.

— Кто меня раздел? — спросила она.

— Я. Я не мог позволить тебе спать в грязной и мокрой одежде. Тебе было бы неудобно, — ответил он.

Бет покраснела и еще глубже зарылась в одеяла.

— Пожалуйста, дай мне что-нибудь надеть, — нервно попросила она. — Мне нужно встать.

Тео подошел к двери и снял с крючка шерстяной халат в клетку.

— Надень пока это. Но все твои вещи тоже здесь. Если захочешь принять ванну, то она находится в конце лестничной площадки. Я лично убедился, что вода горячая. Но может, сначала ты хочешь поесть? На кухне мисс Марчмент есть жареная курица с картофелем.

— Мисс Марчмент не против моего пребывания здесь? — спросила Бет, пряча халат под одеяло. Она хотела надеть его так, чтобы Тео ничего не увидел.

— Нет, она совсем не возражает. Я объяснил ей, что с тобой произошло, — сказал Тео. — Ты увидишься с ней завтра.

Этой ночью Бет лежала в кровати, чувствуя странное разочарование. Тео был сама любезность. Он накормил ее сытным и вкусным ужином, приготовил горячую ванну и заставил выпить пару бокалов виски с медом и лимоном. По его словам, это должно было уберечь ее от простуды. Но он даже не попытался ее поцеловать.

От подушки пахло его помадой для волос, матрас, казалось, еще хранил отпечаток его тела, но Тео лег спать в другой комнате и не выказал ни малейшего желания разделить с Бет постель.

А если бы он захотел, она бы уступила?

Бет не могла ответить на этот вопрос. Ее разум настаивал на том, что не уступила бы. Но почему же тогда ей было так обидно?

И потом, где он был все это время? Тео и не подумал извиниться или объясниться. Все выглядело так, словно у него где-то далеко есть другая женщина. Но если это так, то почему он собирается ехать с Бет в Филадельфию?

Он, должно быть, любит ее. По какой еще причине он стал бы ее спасать? Тео рассказал ей о том, как узнал, что у Фингерса есть недвижимость на Блайнд-Мэнс-корт и на Боттл-аллей. И о том, как обходил все комнаты в каждом доме, пока не нашел маленькую девочку, слышавшую крики и шум. Сэм, Джек и друзья Джека, конечно, тоже были там, но ими, несомненно, руководил Тео.

Весь вечер Бет бродила по комнате, разглядывая его вещи. Здесь были фотографии его семьи в серебряных рамках, хорошая одежда и обувь, золотые запонки, серебряные гребни и по меньшей мере дюжина шелковых галстуков. Мебель в комнате была старой и потертой, но свидетельствовала о былом богатстве. Интересно, почему Тео уверял ее, что живет не лучше, чем они с Сэмом?

Возможно, он просто не знал, что у бедных людей вроде них не бывает ванны и уборной в доме. Может, Тео даже считал, что живет в стесненных обстоятельствах, потому что у него всего одна комната?

Но если мягкая постель, пуховый матрас и пылающий камин — это стесненные обстоятельства, то Бет с радостью разделила бы их с ним. В доме было тихо словно в церкви: ни детского плача, ни ссор, ни шагов на лестнице. Единственным услышанным ею звуком был время от времени доносившийся с улицы грохот колес кебов.

Бет хотелось верить, что этой ночью Тео держался на расстоянии потому, что любил и уважал ее: джентльмены в романах вели себя именно так. Но внутренний голос советовал воздержаться от таких выводов. Тео ни разу не сказал, что любит ее. А Ира не единожды предупреждала девушку, что для азартных игроков не существует никаких законов, кроме собственных.

На следующее утро Бет разбудил стук в дверь. Прежде чем она смогла прийти в себя, дверь открылась и в комнату вошла женщина с завтраком на большом подносе.

— Я мисс Доти, горничная мисс Марчмент, — сказала она с непроницаемым лицом. — Мистер Кэдоган попросил меня принести вам это и передать, что он увидится с вами вечером.