Миранда Гловер - Шедевр

— Это Линкольн написал?

Я пожала плечами и затянулась сигаретой. Я испытывала беспокойство, думая о предстоящем сегодня вечером разговоре с Эйданом о наших отношениях. До аукциона оставалось менее двадцати четырех часов. Эйдан приехал на примерку прямо с самолета. Мы не говорили после того ужасного телефонного звонка, состоявшегося неделю назад, и когда я увидела его, у меня так защемило в груди, что я едва могла дышать. Но вокруг было столько людей, что мне пришлось принять его поцелуй как должное, словно между нами ничего не произошло, и продолжить примерку. Я испытывала эмоциональное напряжение, стараясь, чтобы представление получилось впечатляющим и правдоподобным. Все немногочисленные зрители отреагировали хорошо, спектакль сняли на видеокамеру. Было уже около полуночи, когда Петра и ее ассистенты наконец ушли, довольные тем, что последняя часть подготовки завершена и костюмы готовы. Все платья, кроме наряда мадам де Сенонн, аккуратно упаковали в сундук для завтрашнего аукциона.

Я сидела в халате, поджав под себя ноги, на противоположном от Эйдана краю дивана; между нами лежала раскрытая газета, которую он принес. Я чувствовала себя усталой и раздраженной. Было бы неплохо отдохнуть пару дней перед торгами. Но времени на отдых не оставалось. И, позабыв о благоразумии, я набросилась на Эйдана:

— Что вы делали с Жаклин в твоей квартире?

— У тебя с Гаем роман?

— Я думала, что ты не веришь сплетням газетчиков.

Он вздохнул, закрыл глаза и откинулся на спинку дивана.

— Ты была такая нервная в Нью-Йорке.

— Я была нервная? Это ты поступал нечестно по отношению ко мне.

Эйдан выпрямился, повернулся и посмотрел на меня. В его глазах горела ярость.

— Эстер, читай по губам: между мной и Жаклин Квинет ничего нет! Она остановилась у меня — вот и все. Почему ты думаешь, что это касается тебя?

— Если это меня не касается, тогда о чем мы говорим? Я просто хочу знать, чем вы на самом деле занимались.

Эйдан взял мои руки в свои. Я с покорностью позволила ему это.

— Мы поговорим об этом после продажи, хорошо? — спросил он. — Я почти договорился с Грегом и сделал все ради твоей безопасности во время осуществления этого проклятого безумного проекта.

— Продолжай, — сказала я.

Эйдан помолчал, потом заговорил спокойнее:

— Будем считать, что мы нашли покупателя, — он не смог сдержать улыбки, — достойного и безопасного.

— Ты уже договорился о моей продаже? — в моем голосе прозвучало раздражение.

Эйдан ничего не ответил.

Я поднялась с дивана и встала перед ним, содрогаясь от гнева.

— Эйдан, что, черт возьми, происходит?!

К моему крайнему изумлению, он спокойно взглянул на меня и рассмеялся.

— Эстер, успокойся. Я просто нашел покупателя, которого считаю достойным для того, чтобы пополнить тобой свою коллекцию. Но это аукцион: кто-либо другой может назвать цену выше.

— Не смей вмешиваться и портить мою продажу! — прошипела я, резко разворачиваясь. Я чувствовала себя выбитой из колеи. Но было слишком поздно говорить об этом. Нужно беречь силы. Оставалось единственно возможное решение.

— Я ложусь спать, — сказала я.

Каталог.

Лот 143.

Серия «Обладание»*

(*серия будет выставлена на Международной выставке современного искусства в течение восьми месяцев после реализации).

Красота, Политика, Власть, Религия, Секс, Эстетика, Мифология в исполнении Эстер Гласс.

Произведение искусства в соавторстве

с Мари, Кристиной, Изабеллой, Марией, Викториной, Фрэнсис и Юдифью.

Костюмы и дизайн

Петры Луцианы.

Покупка включает в себя непосредственно представление,

а также видеоматериалы серии «Обладание»:

«Статус», «Желание», «Богатство», «Подчинение», «Чистота», «Неоднозначность», «Опасность».

Условия:

покупатель получает право владения Эстер Гласс (в дальнейшем — «художник») на неделю, сразу после аукциона, и обязуется предоставить необходимые условия для выступлений, среди которых:

виртуальное шоу;

открытый просмотр;

религиозная обстановка;

частный показ;

чай с семьей/друзьями;

ужин на двоих.

Покупатель должен обеспечить Художника следующим:

путешествием первым классом к месту назначения;

полной безопасностью;

подходящим безопасным местом для жилья;

стандартным ежедневным набором — едой и т. д.;