Хизер Грэм - Смертельный дар

— Не люблю слушать тягостные воспоминания, — ответил он. — Неправильно терять родителей в юности. И неестественно родителям терять детей. Я видел и такое. В общем, я сталкивался со многими ужасными вещами. Поэтому приятно слышать, что вы самостоятельно чего-то добились, и знать, что у вас есть добрые друзья.

— А что, если бы я и вправду была дочерью эльфа и баньши?

— А это правда?

— Нет.

— Тогда?..

— В этом мире существует много странных, необъяснимых вещей, которые оказываются реальными, — сказала она ему.

Зак помедлил.

— Признаюсь, я встречал некоторые странные вещи… Но дело обычно в странных людях, которые придают ореол странности и загадочности всему, что их окружает.

— Так вы не верите в духов?

Ее удивило то, что он колебался с ответом. Но потом усмехнулся и произнес:

— В самом деле, даже мой очень упрямый и никогда не идущий на компромиссы старший брат, возможно, верит в духов. Я никогда не был до конца уверен.

— Призраки реальны, — сказала она тихо.

— Вы недавно с ними общались?

— А сейчас вы насмехаетесь надо мной.

— Нет. — Зак пожал плечами. — И реальны, и нереальны. Так и есть.

Струнный квартет исполнял камерную музыку в отдаленном углу зала. Все музыканты тоже были одеты в колониальном стиле. Она обернулась посмотреть.

— Прекрасно, правда? — спросил он.

— Да.

— Пуччини, — пояснил Зак.

Их тарелки из-под закуски убрали и подали обед. Она обнаружила, что ей особенно нравится начинка из кукурузы, орехов и изюма.

Заказали еще пива.

Зак рассказал ей о Луизиане и о семейной плантации, настоятельно приглашая ее как-нибудь приехать туда. Рассказал о Флориде, на севере которой он рос, а на юге — работал. Она — о работе медсестрой и об ирландской истории. Время пролетело быстро.

Когда обед подошел к концу, Каэр почувствовала, что в ней и следа не осталось от того напряжения, которое владело ею по дороге сюда. Пока они шли к машине и потом, по дороге в паб, он развлекал ее историями о стычках с братьями, о том, как мама хватала виновного за шиворот или произносила одно-единственное слово, чтобы привести его в чувство.

— Она была такая грозная?

— Она была чудесная, — сказал Зак, глядя прямо перед собой. — Мы любили ее безумно. Были немного диковаты, но все трое обожали ее. И папа, конечно. Мы хотели вырасти похожими на нашего отца. В некотором роде нам это удалось.

В пабе ей представилась возможность услышать джаз. Ей понравилось звучание. Они сидели в отдельной кабинке, и Каэр прислонилась к нему, и он одной рукой обнимал ее за плечи.

Она думала, что никогда еще не чувствовала себя более счастливой. Блаженство…

Это реально. И это — нереально.

Именно так он сказал.

Однако в тот момент все было реально. И ей это нравилось.

Они долго слушали музыку. Царившее между ними молчание способствовало спокойной и расслабленной обстановке. Пришло время уходить, а она не хотела, чтобы этот вечер когда-нибудь заканчивался.

— Не хочу возвращаться, — произнесла она вслух.

Он посмотрел на часы.

— Могу показать вам еще одну ньюпортскую достопримечательность, если есть желание.

— Правда? Что? Поздно уже, да?

Зак засмеялся:

— Да, поздно. Но я доставлю нас домой.

— Да-а?

Он вел машину около пяти минут. Нельзя сказать, что они совсем свернули с проторенного пути, но это место находилось явно не посреди промышленного района.

Зак припарковал машину перед длинным зданием, которое выглядело одновременно и очень старым, и прекрасно ухоженным. Она поняла, что маленькие рекламные плакаты на дверях указывали на картинную галерею, магазин музыкальных инструментов, фотостудию и студию звукозаписи.

— Ваша? — спросила она его.

— Самое последнее из моих ценных приобретений. На верхнем этаже. Прямо по этой лестнице.

Зак достал ключи и стал подниматься наверх. Каэр последовала за ним.

В приемной стояли письменный стол, диван и несколько стульев, все антикварное и подобранное со вкусом. На кофейном столике лежали самые разные журналы. Очень уютное место для ожиданий.

— Записывающие студии находятся здесь.

Он прошел по коридору, открывая по пути все двери. Она была восхищена.

Там находились гигантские аппараты со всевозможными кнопочками и стеклянными кабинками, в которых не было ничего, кроме микрофонов и табуреток. Около дверей с перекладин аккуратно свисали наушники.

— Я поражена, — сказала она ему. — Очень впечатляюще. Но как вы выкраиваете время для работы здесь?