Валери Боумен - Любовь срывает маски

– Разве вам никогда не нравился мужчина?

Джейн сжала губы. Самодовольный вид миссис Лэнгфорд заставлял думать, что настаивает она не просто так. Очевидно, что-то знает или, во всяком случае, подозревает. Еще вчера Джейн могла бы с чистой совестью ответить «нет», но, учитывая, что поздним вечером испытала первый в своей жизни поцелуй и… нечто большее, трудно было удержаться на позициях высокой морали.

И снова преданная Кассандра заполнила мучительно затянувшуюся паузу.

– Наша дорогая Джейн – законченный интеллектуал, – невозмутимо пояснила мисс Монро. – Брак нисколько ее не интересует.

– Жаль. – Миссис Лэнгфорд извлекла из дошедшей до нее корзинки кусок хлеба и положила на край тарелки. – Брак с достойным джентльменом способен оказаться чрезвычайно приятным. – Она повернулась к соседу и похлопала кукольными ресницами. – Вы согласитесь, мистер Апплтон?

Апплтон откашлялся.

– Учитывая, что я холост, миссис Лэнгфорд, предпочту воздержаться от комментария, потому что не знаю.

Ответ вызвал улыбку, хотя внутренне Джейн негодовала. Что заставило Апплтона навязать всем эту одиозную особу? Неужели ее общество доставляло радость? Нет, только не это… не мог же он вчера думать, что рядом миссис Лэнгфорд! Или мог? Глубоко внутри внезапно возник и застыл жесткий ледяной ком. Джейн подняла глаза и вновь заметила, как Апплтон торопливо отвел взгляд.

– А вот я абсолютно уверен в привлекательности брака. – Джулиан поднес к губам руку невесты и поцеловал тонкие пальчики. Кассандра ответила влюбленным взглядом.

Дерек обнял Люси.

Джейн с трудом скрыла… слезы. Дело не в том, что она никогда не думала о замужестве. В юности нередко предавалась романтическим мечтам, представляла, как встретит прекрасного незнакомца, услышит страстные слова любви, ответит на чувство. А потом поняла, что подобные радости не для нее. Обществу она предпочитала уединение, а праздникам – книги. Выглядела просто, скучно, совсем не модно. Не то что великолепные подруги Люси и Кассандра. У Джейн никогда не было поклонника. Ни одного. Ни намека, ни тени.

Вчера Апплтон назвал ее прекрасной. Ему действительно так показалось? Или повесы всегда говорят такие слова дамам, которых увлекают в слабо освещенные гостиные? Джейн оттолкнула его не столько из-за просьбы снять маску, сколько из-за этих слов. Он не мог произнести их искренне. Это неправда. Она не была прекрасной. Страшно было думать, что он лгал, как всегда лгут мужчины женщинам.

Она была толстой и некрасивой. Ну, наверное, теперь уже не толстой, но все равно… в душе навсегда осталась толстой. А вот некрасивой – это точно. Черты лица не изменишь. Возможно, маска и чрезмерное количество алкоголя ввели Апплтона в заблуждение, и на миг ему показалось, что в его объятиях красавица. Вчерашний вечер стал сплошным обманом – с начала и до конца, – поэтому она не находила сил рассказать о приключении Люси и Кэсси. И никак не могла допустить, чтобы Апплтон заподозрил ее в ответной страсти. Дело не только в неловкости ситуации, но и в том, что все случившееся вполне могло оказаться лишь пустой игрой воображения.

Гаррет отводил взгляд всякий раз, как только мисс Лаундз, а точнее, Джейн – после вчерашнего огненного порыва он мысленно называл ее исключительно по имени – поднимала на него глаза. И даже начал чувствовать себя неловко, поскольку она явно это заметила. Джейн отличалась острым умом. Не исключено, что она уже поняла, кому уступила в темной гостиной. Он не имел права на нее смотреть. И все-таки смотрел. Хотелось увидеть; увидеть по-настоящему. Прежде не доводилось даже мельком обращать внимание на внешность Джейн. Она неизменно оставалась просто мисс Лаундз – подругой Люси, способной мгновенно вывести из себя самоуверенностью, постоянными колкостями и насмешками.

А сейчас Гаррет мог думать только о пышных сияющих волосах, об удивительном аромате духов. Сирень. Почему именно сирень? А маленькая впадинка на шее – такая нежная и сладкая… Боже, что за наваждение? Внезапно захотелось сорвать очки, вытащить из волос шпильки, заглянуть в лицо и увидеть ту самую волшебницу, которая околдовала вчера вечером. Если бы они остались вдвоем в комнате, а не сидели за общим столом на открытом воздухе, можно было бы это сделать. Интересно, как отреагировала бы Джейн на дерзкий поступок?

Гаррет постарался сосредоточиться на еде, однако задача оказалась не из легких: уже сейчас стало ясно, что день пошел вкривь и вкось. Почему Изабелла упорно старалась обидеть мисс Лаундз? Поначалу Гаррету показалось, что миссис Лэнгфорд не избежала своей доли раздражения, ведь молодая леди никогда не уходила от прямого противостояния и смело пускала в ход острый язык. Способность постоять за себя вызывала восхищение. В самом деле, кто дал Изабелле право выяснять, почему Джейн решила не выходить замуж? Сам Гаррет твердо стоял на тех же позициях и был готов поддержать мисс Лаундз в ее стремлении к независимости. Впрочем, скоро выяснилось, что беспокоиться незачем: Джейн отражала выпады настолько находчиво и уверенно, что миссис Лэнгфорд, несомненно, уже успела пожалеть, что неосторожно развязала перепалку.