Виктория Готти - Суперзвезда

С самого начала Кэсс была красива, соблазнительна, очаровательна, точь-в-точь как ее мать. Лана была потрясающим учителем. Будучи еще маленькой девочкой, Кэсс впитала в себя стиль своей матери. Все, особенно мужчины, были совершенно очарованы ею. Она, как паучок, плела паутины из золотых нитей, и любой, кого она решила осчастливить своей улыбкой, навсегда был пленен ею. Никто не мог устоять перед ее очарованием.

Да, в Челси были гены Ланы. Она действительно унаследовала ее физическую красоту, но кто мог знать, почему наряду с этим она унаследовала все отрицательные черты своей матери? Резкие перепады настроения и непостоянство мнений, жестокость, тщеславие, неуважение к окружающим людям — вот было ее наследство.

На протяжении всей жизни девочек он наблюдал за ними. Он стал приемным отцом, любимым дядей для Кэсс — особенно когда Роджер был в тюрьме. При этом он неотрывно наблюдал за Челси. Находясь на расстоянии, он видел, как рожденная для власти и богатства жила в нищете и отчаянии. Он всегда считал, что Челси воплотила в себе все плохое, что было в Лане.

А Кэсс была по праву наследницей Ланы. Он удовлетворенно улыбался. Он не сомневался, что сделал правильный выбор в ту ночь, тридцать три года тому назад, в родильном отделении больницы.

Облака, принесенные с бухты, затянули все небо над площадью, накрапывал мелкий дождик — великолепные декорации для спланированного им финала. Он не делал ни единой попытки дать ей знать, что он стоял сзади. Он просто молча стоял и наблюдал. Порыв ледяного воздуха ворвался сквозь распахнутые стеклянные двери балкона. Он увидел, как она поежилась. Руки ее были сложены на груди, как будто она пыталась обнять саму себя. Опустив глаза, девушка полностью погрузилась в себя.

— Ты правда верила, что могла вот так, пританцовывая, явиться сюда и забрать обратно свою жизнь?

Она резко повернулась и уставилась на него, но он не мог увидеть выражения ее лица. Золотая с белым маска скрывала ее глаза. Она молчала. Может, шок от его слов заставил ее онеметь. Она просто смотрела на него пронизывающим дерзким взглядом.

Джеймс сделал шаг вперед, вытаскивая из кармана пистолет.

Уличный фонарь над каналом отбрасывал нереальные блики. Казалось, ангельское свечение исходило от нее.

— О, Челси, — серьезно произнес он. — Я боюсь, ты сильно ошибалась!

Он поднял руку и нацелил пистолет ей в грудь.

— Ты совершила смертельную ошибку. Твоя мать — настоящая мать — тоже ошибалась. Дурочка. Она всегда слишком торопилась принять решение. За все то время, что я знал ее, я никогда не видел, чтобы она хоть что-нибудь тщательно обдумала. Ее поступки никогда нельзя было назвать рациональными. Она была слишком импульсивна, практически неуправляема.

Леденящим взглядом он уставился на нее. Джеймс видел, что она плачет, но то ли это были слезы страха, то ли шока, определить было невозможно из-за маски, скрывавшей лицо.

Джеймс задумался. Он взвесил каждое свое слово, каждое движение. Он знал, это было неизбежно. Он знал это с тех самых пор, как Челси явилась в офис Роджера. Ему было что рассказать, и ему надо было, чтобы его выслушали. Пусть уж это будет Челси. В конце концов, эта история касалась прежде всего ее.

— Я был актером — так, играл роли второго плана, стараясь пробиться. Я вел жизнь, полную греха и излишеств, но потом я переродился. Я встретил очень богатую женщину, адвоката. Она стала моей покровительницей. Она заставила меня получить профессию юриста, потом обучила меня всем тонкостям индустрии развлечений, законам этого бизнеса. Тогда-то я и познакомился с Ланой. Это было тридцать шесть лет тому назад. Я был очарован, она имела огромную власть над мужчинами, я уверен, ты знаешь это по ее фильмам — ни один человек, видевший их, не остался равнодушным, и уж тем более я. Это была любовь с первого взгляда.

Тон его смягчился. Он как будто бы забыл о пистолете в своей руке.

— Это длилось десять лет, с некоторыми перерывами. Она все никак не могла выбрать между Роджером и мной. Я никогда не знал, чего ожидать от нее. Когда она сказала мне, что беременна от Роджера, я думал, что умру от боли, сердце мое было разбито. Я ненавидел тебя еще до того, как ты родилась. И я ненавидел все, что твое появление повлекло за собой: если бы не ты, она бы бросила Роджера.

Он внимательно посмотрел ей в лицо. Несмотря на маску, он видел, как ее черты исказились от страха.

— Я думаю, самым простым решением было бы оставить все как есть и предоставить Богу решать наши судьбы. Но я не мог позволить тебе уничтожить ее. Я был убежден, ты родишься ненормальным ребенком из-за алкоголя и наркотиков, которые принимала Лана. Это бы убило ее. Заботиться и переживать, пытаясь поднять на ноги больного ребенка, было ей не по силам. К тому же она бы навсегда ускользнула от меня. Я не мог позволить этому случиться, нужно было что-то придумать.