Лесли Пирс - Куколка

Вся команда радовалась остановке на Бермудах. Второй помощник капитана, лейтенант Грегсон, заметил, что все матросы будут пьяны в стельку через час после того, как окажутся на берегу. Он сказал Бэлль, что именно здесь моряки частенько отстают от судна, иногда намеренно, но чаще всего потому, что напиваются настолько, что уже не в состоянии вернуться на корабль. Грегсон пожаловался на то, что собирать команду в конце вечера входит в его обязанности, а это означает, что он должен оставаться трезвым.

Как только все сошли на берег и на корабле наступила тишина, Бэлль стало грустно и одиноко. Она попыталась заснуть, чтобы время до отхода пролетело быстрее, но внезапно ее охватила тревога. Она продолжала размышлять о том, что, когда доберется до Франции, настанет Рождество, и вскоре после этого исполнится два года с тех пор, как убили Милли. Еще два года назад она понятия не имела, что такое бордель. Трудно было поверить в то, что она была такой наивной, но, видимо, Мог с мамой пригрозили девушкам, что те окажутся на улице, если станут обсуждать с Бэлль то, что происходит наверху.

Как все изменилось с тех пор! Она проехала тысячи километров, из невинной девушки превратилась в шлюху, из ребенка в женщину. Теперь Бэлль уже не думала, что может узнать о мужчинах что-то новое; все романтические мысли об ухаживании, любви и браке испарились.

Одним из излюбленных занятий Бэлль на корабле было изучать команду и представлять каждого матроса у Марты. Лейтенант Грегсон, второй помощник капитана, был самым молодым офицером и был не женат. Белокурый, голубоглазый, он походил на героя любовных романов; Бэлль решила, что он из тех, кто напивается до беспомощного состояния, а когда наконец-то поднимается наверх с одной из девушек, тут же отключается.

Лейтенант Эттли, первый помощник капитана, сорокалетний женатый мужчина из Сен-Лу, считал себя Дон Жуаном. Бэлль решила, что он похож на горностая: худощавый, но высокий, с пронзительными темными глазами, которые шарили по комнате, боясь упустить даже мелочь. Бэлль подозревала, что он из разряда чрезмерно любопытных мужчин, из тех, которые больше возбуждаются, когда подсматривают за тем, как занимаются сексом другие, чем когда занимаются им сами.

Капитана Роллинза понять было сложнее. Он был хорошим семьянином — на письменном столе у него стояла фотография жены и троих детей, и он рассказывал о своей семье с большой теплотой. Однако Бэлль чувствовала, что он не безгрешен; когда она призналась, что работала у Марты, стало очевидно, что Роллинз бывал в подобных заведениях. Бэлль чувствовала, что он обязательно воспользуется ситуацией: сам навязываться не станет, но будет заманивать женщину в сети, из которых ей сложно будет выбраться. Бэлль подозревала, что капитан страстный человек, умелый и щедрый любовник.

При мысли об этом девушка улыбнулась. Он может быть ей полезен, когда они приплывут в Марсель.

Бэлль протянула Аврил Жермен миску и вытерла ей лоб влажной фланелевой салфеткой, искреннее сочувствуя женщине. Она вспомнила, как плохо было Этьену во время морской болезни. Аврил стенала, что вот-вот умрет, и Бэлль чувствовала себя обязанной ей помочь. Когда женщину опять вырвало, ее лицо стало таким же зеленым, как грубое одеяло, в которое замотала ее Бэлль, после того как помогла убрать грязные простыни с койки.

— Вы не умрете, — твердо сказала Бэлль, забирая у Аврил миску и выливая ее содержимое в помойное ведро. Затем она ополоснула миску водой и передала ее назад на случай, если женщине опять будет плохо. — Через пару часов шторм утихнет, и вам станет лучше.

Аврил была невысокой привлекательной женщиной со светлыми вьющимися волосами, голубыми глазами и нежным личиком. Одежда на ней была дорогая и красивая. Аврил напоминала Бэлль фарфоровую куколку, изображенную в книжке, которую ей в детстве подарила Мог. Кукла считала себя королевой детской комнаты, потому что была очень хорошенькой и хозяйка любила ей играть. Фарфоровая гордячка отвратительно обращалась с остальными игрушками, потому что считала, что они намного ниже ее по положению. Аврил очень походила на эту куклу.

— Почему вы так любезны со мной? — слабым голосом спросила она. — Я вела себя с вами просто отвратительно.

Бэлль улыбнулась. В начале пути семья Жермен не обращала на нее никакого внимания, но с тех пор как корабль отчалил от Бермудских островов, они стали вести себя еще хуже. Они не только не позволяли ей участвовать в общем разговоре, но и стали делать колкие замечания в ее адрес. Очевидно, супруги Жермен получили подтверждение того, что Бэлль шлюха, и чувствовали себя оскорбленными тем, что вынуждены сидеть с ней за одним столом.