Барбара Делински - Случайная судьба

Она смотрела на него и вдруг почувствовала, что в горле застрял комок. Она мысленно перенеслась назад, в тот самый день, когда их взгляды впервые встретились: она, в своем инвалидном кресле, и он, небрежно прислонившись к стене церкви. Правда, еще до этого ей пару раз довелось разговаривать с ним по телефону, и Поппи уже тогда почувствовала, как их тянет друг к другу. Но наяву это оказалось еще сильнее — сильнее, чем то, что ей когда-либо доводилось чувствовать, даже до той аварии. Поппи испугалась.

Она и сейчас боялась. И все же что-то внутри ее смягчилось. Может, все дело было в кошке. Да и как тут не смягчиться, когда на тебя смотрят прекрасные, незрячие глаза? Кошка мягко высвободилась из ее рук и спрыгнула на землю.

— Стой! — закричала Поппи. — Держи ее!

— Не волнуйся, все нормально.

— Но она же в чужом доме. Она может ушибиться!

В этот момент кошка, грациозно изогнувшись, небрежно покосилась на них через плечо. Потом, горделиво вскинув голову, уселась и принялась оглядываться по сторонам. Нос ее при этом слегка подергивался, усы встопорщились и тоже шевелились. Посидев так немного, она встала и двинулась к столу. С каждым шагом она двигалась все осторожнее, пока почти не уткнулась носом в ножку стола. Обнюхав ее со всех сторон, она потерлась об нее — сначала щекой, потом шеей, потом принялась тереться спиной, грациозно изгибаясь всем телом и громко мурлыча. Поппи и Гриффин не сводили с нее глаз. Покончив со столом, кошка величественно двинулась к стене.

У Поппи перехватило дыхание — она испугалась, что бедняжка вот-вот уткнется головой в стену. Но вместо этого кошка двинулась вдоль стены с таким уверенным видом, словно проделывала это сотни раз. Внимательно обследовав арку, она с той же надменной грацией вышла в коридор.

— Она ищет ванную, — торопливо пробормотал Гриффин, и прежде чем Поппи успела успокоить его уверением, что кошки могут терпеть жажду получше иного верблюда, он вихрем вылетел из комнаты.

Поппи выкатилась в коридор как раз в тот момент, когда высокомерно задранный вверх рыжий хвост исчез в кухне. Кошка явно устроила обход. Порядок был прежний — сначала обнюхать, потом потереться спиной. Один раз она даже встала на задние лапы, чтобы дотянуться до чем-то заинтересовавшего ее кухонного стола. Поспешно подкатившись к ней, Поппи аккуратно подняла ее и усадила на стол.

Громко хлопнула входная дверь, и на кухню галопом ворвался Гриффин. В руках у него были громадный пластиковый лоток и мешок с наполнителем для кошачьего туалета.

— Ее нужно покормить, — объяснила Поппи. Повернув кран, она пустила тонкой струйкой воду, и глазам их предстала интересная картина: вскарабкавшись на раковину, кошка широко расставила задние ноги, уперлась передними в противоположный край и принялась жадно лакать.

— Покормить, — беззвучно повторил Гриффин. Швырнув лоток на пол, он повернулся на каблуках и опрометью кинулся во двор.

Когда он вернулся обратно, кошка уже успела спрыгнуть на пол и теперь с интересом обнюхивала колеса инвалидной коляски. Не желая ей мешать, Поппи ткнула пальцем в пустую миску, которую она достала из шкафчика. Гриффин насыпал в нее сухой корм.

— Ммм, — сладострастно промурлыкал он. — Цыпленок, печенка… Вкуснятина! — Потом сунул миску кошке под самый нос, чтобы запах привлек ее внимание, и аккуратно переставил ее в угол.

Они и глазом не успели моргнуть, как кошка начала жадно есть.

— Как ей это удалось? — изумленно спросила Поппи.

— У нее есть обоняние. Ее усики-антенны очень чувствительные, и благодаря им она ощущает, что рядом с ней что-то есть. А ее рефлексы настолько точны, что она может без труда ориентироваться в пространстве. — Он повернулся, высыпал несколько пригоршней наполнителя в пластиковый лоток и обернулся, выразительно подняв брови. — Куда?

Поппи кивком указала в угол возле мойки. Это был даже не угол, а нечто вроде небольшого алькова, в котором оказалось достаточно места для лотка.

А из того угла, где стояла миска с едой, слышался громкий хруст. Пока Гриффин ставил лоток с наполнителем, Поппи налила в другую миску воды и поставила возле мордочки кошки. Та, полакав немного, снова вернулась к еде, но теперь уже ела не спеша.

Покончив с едой, кошка принялась умываться: сначала вылизывала лапку язычком, а потом аккуратно терла ею мордочку, захватывая глаза и уши.

Когда она опустила лапку, Гриффин, присев на корточки возле лотка, тихонько поскреб ногтями пол. Кошка двинулась к нему. Почувствовав знакомый запах, она мимоходом потерлась о его ноги и забралась в лоток.