Тамара Перова - Желтый бриллиант

У него в охране — пара надежных ребят. Они беспрекословно подчиняются управляющему. У него есть мощный «Парабел». Даже, если эта… закроется на замок, он «выстрелит» замок. По-другому, толстые дубовые двери не открыть. Он-то точно знает. «Бойцы» по канатам залезут на балкон. Второй этаж совсем невысоко. Молотками разобьют пуленепробиваемые стекла и свяжут бабу. А там, посмотрим, повеселимся. Потом, «бойцы» ее пристрелят, как последнюю тварь. Деньги, много денег — уже в машине. Он отсидится до Нового года в Москве. У всех праздник, бесконечная пьянка. Потом, он незаметно улетит в Турцию. Бывший спецназовец и сотрудник КГБ всегда найдет себе работу. Пойдет инструктором к «ваххабитам». Жить везде можно.

Татьяна Петровна никак не может заснуть. Ее знобит. Лишь бы пережить эту ночь. Она надевает свой норковый халат, в кармане телефон-спаситель. На кухне темно. Татьяна Петровна хотела попить кофе с молоком, но она боится зажигать свет. Кухня в глубине дома, всего одно небольшое окно выходит в лес. Сегодня безлунная, почти самая длинная ночь в году. В темноте Татьяна Петровна чуть не уронила кофе-машину. Громоздкий агрегат повис на шнуре, вода и молоко из контейнера разлились по полу. Она кое-как задвинула машину на место и услышала голоса. Кто-то на улице отдавал армейские команды. Вдруг щелкнул замок на входной двери. Татьяна Петровна перед сном закрыла входную дверь на толстую цепочку.

Она слышит брань Степныча. Он кричит и просит принести большой лом. Татьяна Петровна испугалась так сильно, что почти не могла дышать, все тело затряслось. При этом голова заработала с бешеной скоростью: «Так, они идут меня убивать. Скоро ломом сорвут дверную цепочку».

Татьяна Петровна подобрала полы длинного халата и бегом поднялась на второй этаж. Откуда только силы взялись! Свет зажигать нельзя, она будет, как мишень. Татьяна Петровна вбегает в спальню, закрывает дверь на два замка. Второй, потайной замок, по просьбе Сикорского поставил слесарь из дома соседа, почему-то втайне от Степаныча перед отъездом в Швейцарию. Сикорский, определенно, чего-то или кого-то боялся.

На занавеске, подсвеченной уличным фонарем, она видит тени людей с фонариками. Похоже, они пытаются забросить веревки на узкий балкон, огибающий эркер. Металлические крюки в морозном воздухе звонко стучат о кованую ограду балкона. Осада — со всех сторон! Татьяна Петровна бежит в туалет. Это — единственное место, где нет окна.

Она садится на крышку унитаза, лихорадочно ищет телефон в большом меховом кармане. Дрожащей рукой она долго не может нажать на красную кнопку. Наконец, в трубке длинные гудки. Никто не берет трубку. Татьяна Петровна загадывает свое последнее в этой жизни желание: «Лишь бы Анечка родила свою девочку без осложнений!»

В трубке — сонный голос.

— Генерал Горбаченков у телефона.

— Михаил Сергеевич, это — Видова. Меня убивают! Дом окружен. По веревкам лезут ко мне в спальню. Входную дверь, кажется, открыли!

— Где Вы находитесь?

— В туалете, в спальне на втором этаже.

— Не зажигайте свет. Я выезжаю.

Генерал звонит по телефону, громким голосом дает распоряжения. Второй звонок.

— Машину к подъезду, срочно.

Сонный генерал лениво одевается. Фима даже не проснулась. Она давно привыкла к ночным авралам мужа.

На окраине Барвихино, в лесочке, небольшая казарма за высоким зеленым забором. Здесь базируется отряд ОМОН. Майор ФСБ, Геннадий Степанович Бережнов, уже пять дней по приказу руководства живет в казарме вместе с бойцами из ОМОНа. Целыми днями, подняв вороник и нахлобучив кроличью шапку, Степаныч второй незаметно прогуливается недалеко от дома № 17 по Березовой аллее. Сегодня к десяти утра к дому подъехало несколько дорогих машин. Номера машин — зафиксированы. После 17 часов в доме, вроде, все было тихо. В кармане пальто лежит маленький, очень мощный фонарик. Пистолет «Макарова» и наручники — где полагается. План дома майор Бережнов помнит наизусть.

Сколько времени Татьяна Петровна сидит в туалете, она не помнит. Ей кажется — целую вечность.

После ее звонка генералу прошло не более 10 минут. Татьяна Петровна сквозь толстые стены дома слышит приглушенные звуки, вой сирены, грохот. Кажется, стреляют. Неужели пришла помощь, и ее спасут! Нет, она не боится смерти, но она еще нужна детям. Господи, помоги!

Майор Бережнов оказался смелым парнем. Как только под дулами автоматов бойцов ОМОНа охранник открыл металлические, в два пальца толщиной ворота, Бережнов первый побежал к дому. На нем не было даже пуленепробиваемого жилета. Входная дверь разворочена и открыта. Майор поскользнулся на мраморной лестнице, больно ушиб колено, еле встал на ноги.