Ким Уилкинз - Призрак острова 

— Я знаю, — произнес он мягко, присаживаясь на холодную траву рядом с ней. — Я хочу попросить прощения. Я доверяю тебе, Од. Мне нужно все объяснить тебе.

— Ты не должен.

— Я бы хотел. Я бы хотел помириться с тобой, потому что скоро уеду навестить свою мать. — Ему было нужно с чего-то начать разговор.

Она поднялась и отряхнула сзади юбку от земли. Он вытянул ноги перед собой. Морские волны тихо и ритмично ударялись о берег, и черные силуэты птиц кружили на розовом фоне неба.

— Продолжай, — сказала она.

— Я не могу все рассказать тебе. Не потому что я не доверяю тебе, а просто это не в моем характере — рассказывать все.

— Я понимаю.

— Я влюблен. Ты умница и все понимаешь.

— Да.

— Ее зовут Виктория, она живет в Мидгарде, и она не знает, что я влюблен в нее. Она не поверила бы, если бы я признался ей во всем.

— Почему именно она, Видар? — спросила Од, сдвинув брови и насупившись, так что стала похожа на обиженного ребенка. — Почему женщина из Мидгарда?

— Она особенная.

— Откуда ты это знаешь? Как ты можешь это знать, если всего лишь видел ее отражение в воде? Она так красива?

Видар тщательно подбирал слова:

— Я знаю ее, Од. Я узнал ее очень давно.

— Еще до того, как я пришла к тебе на службу?

— Да, еще до этого. Задолго до этого.

Отпечаток разочарования показался на лице Од, а потом она опустила голову и тихо промолвила:

— Я понимаю.

— Од, я знаю, что… что ты чувствуешь ко мне.

Она не ответила.

— При других обстоятельствах… — начал он.

— Не говори, Видар. — Она слабо улыбнулась ему. — Оставь мне хоть немного достоинства.

— Я очень высоко ценю тебя, — произнес он мягко. — Вот почему ты здесь, в Старой Долине, и не прислуживаешь этим ослам в Валяскьяльве. — Он чуть было не начал предостерегать ее от Локи, но потом решил не делать этого, на случай, если они уже стали любовниками.

— Ты так хорошо относился ко мне, — сказала она, — я стольким тебе обязана. Вот почему я не стерпела бы, если бы ты подумал, что я могу выдать твои секреты.

— Мне правда жаль. Просто я не могу рисковать.

— Чем?

— Ты хорошо знаешь мою семью, Од. Ты знаешь, каков Один. Когда он разозлится, то готов на все.

— Но почему он должен злиться? — спросила она, помедлив. — Другие ездят в Мидгард, встречаются там со своими возлюбленными, развлекаются, а потом приезжают обратно.

Видар ничего не ответил.

— О, — сказала она, — они возвращаются.

Он опустил голову, чувствуя тяжесть во всем теле. Соленый бриз продувал его насквозь, и он начал дрожать.

— Я уже рассказал больше, чем собирался.

— Ты так сильно любишь ее, — произнесла она с грустью. — Как солнце любит луну. Именно так ты сказал, когда только приехал.

Видар встал и сцепил руки сзади на шее, почувствовав, как с облегчением распрямился позвоночник.

— Не пойти ли нам домой и поесть, Од? Могу я приготовить что-нибудь для тебя в знак благодарности?

Од не ответила. Она смотрела в бездонное небо, и на ее лице было обеспокоенное выражение.

— Од?

Она повернулась к нему и быстро произнесла:

— Если бы Один обо всем узнал, Виктория была бы в опасности?

— Да, — ответил Видар, и его сердце подпрыгнуло. Она говорила так серьезно.

— А она знает об этом?

— Конечно, нет.

— Тогда как же она сможет защититься, Видар?

Он помолчал, задумавшись. Од была права. Если бы Один обнаружил Викторию, было бы слишком поздно. Если бы Один узнал о ее возвращении, он захотел бы ее смерти. Поэтому Видар должен поехать и предостеречь ее, помочь ей защититься. Или остаться и гнать от себя дурные мысли?

— Видар?

— Она не сможет, — произнес он, и ему стало не по себе. — Она не сможет защитить себя.

Небо было еще черным, когда Од тихонько подошла к двери, чтобы отправиться к Локи. Видар проснулся и сказал сонным голосом:

— Возьми Арвака, — и снова заснул.

Арвак обрадовался, увидев ее. Теплый запах соломы в стойле резко контрастировал с солоноватым и подмороженным воздухом снаружи. Пристегнув к лошади седло, она поскакала к Локи. Ей хотелось знать, какое задание он придумал ей в наказание за то, что она отвергла его. Однажды в Валяскьяльве Тор заставил ее чистить собачьи конуры голыми руками и складывать все в одну кучу около двери. Когда он пришел проверить ее работу, он толкнул ее в кучу и расхохотался так, что слезы потекли по щекам. Она сомневалась, что Локи был способен придумать что-то лучше этого.

Как он потребовал, она приехала еще до рассвета и очень удивилась, застав его перед домом, полностью одетого и сидевшего верхом на лошади.