Ануш Варданян - Не ссорьтесь, девочки!

Он прибавил громкость.

— Ехали, ехали, ехали, попали…

На звук прибежала Соня — в халате и с краской для волос на голове. Остановилась перед телевизором как вкопанная.

Кроме самого Гаврилы в монтажном ряде клипа замелькали лица Сони, Нонны и Юли — это оператор развлекался в перерывах между съемками, запечатлевая жанровые сценки из жизни группы.

— Надо же. На тебя чем-то похожа была тетка, — говорит Жора. — Такая же дылда.

Юля впервые увидела клип у себя дома и тут же хлебнула вина.

Нонна топталась на автобусной остановке, когда в витрине магазина бытовой техники в десятке экранов увидела до боли знакомые кадры своего клипа.

Вечером в лосевском кафе тоже крутили клип. Радовало только одно — кафешная молодежь бурно аплодировала. Поскольку девочки уже пережили ужас перед возможным возмездием инфернальщика, унижение от вторжения и воровства и обиду за потерю любимого детища, то теперь они чувствовали раздражение.

— Как это могло случиться? — спрашивает Нонна. Этот вопрос до сих пор волнует их.

Соня воинственно рычит:

— Пираты! Украли! Воры, грабители интеллектуальной собственности! Ё-моё!

Соня говорит так громко, почти кричит, что на нее оборачиваются люди.

— А как ты это, Соня, докажешь? — спрашивает Нонна.

— Да что там доказывать! В суд! Только в суд!

— На кого в суд?! — тоже раздражается Юля. — Кто украл? Мы ведь ничего не знаем.

— И как ты докажешь, что это наша интеллектуальная собственность? — нервничает Нонна. — Договоров мы не подписывали, документов никаких нет.

— Башку оторву, если встречу! — продолжает бушевать Соня.

— Ты встреть сначала, — рассудительно говорит Юля и крутит пальцем у виска.

— В жизни всякое бывает. — Соня не теряет надежды на месть.

Это точно, думает Нонна, вспомнив о звонке Феди, и соглашается вслух:

— Да, мы заметили.

— Тайное, ты сама говорила, всегда становится явным.

— Возможно, да, а возможно, и нет.

— Ренегатка, безвольная корова.

— Я корова?

— Стоп, девочки! — приказывает Юля. — Не ссориться. Этого нам только не хватало сейчас. Перед Гавриком стыдно.

— Я только одно могу сказать: что ни делается — все к лучшему.

Соня хватает рукопись книги и размашисто пишет название новой главы: «Рукописи не горят».

Юля заглядывает через ее плечо:

— Это уже до тебя написали. Сама же говорила.

Соня вычеркивает фразу и пишет лаконичное «Улыбайтесь».

— П-п-прост-т-т-тите… М-м-м-можно автограф у в-в-вас п-п-п-попросить? — слышат подруги.

Длинноволосый и нескладный юноша лет восемнадцати протягивает свою кепку.

— У меня?! — вопит Соня. Происходящее кажется злой насмешкой.

Но юноша делает круговой объединяющий жест. Ему трудно говорить, но он поясняет:

— У в-в-в-ас. В-в-от здесь на к-к-козырьке. Я в-в-в-ас узнал.

— Меня?! — Соню будто заклинило.

Юноша кивает:

— По к-к-к-ривому зубу. А вас, — показывает он на Нонку и руками изображает на себе огромную воображаемую грудь, — по б-б-бюсту. А вас — по т-т-тату, — показывает он на Юлькино предплечье.

В гробовой тишине они расписываются фломастером на бейсболке парня. Так же молча Соня записывает в книге: «Улыбайтесь при любых обстоятельствах. Жизнь несколько оригинальнее, чем кажется на первый взгляд, а Бог несколько остроумнее, чем вы сами».

Прославиться не удалось, и жизнь вернулась в привычные границы: Миша, мама, призрак Феди и каждодневный поиск работы.

Нонке удалось получить заказ на сценарий телевизионной передачи о проблеме одиноких женщин, вынужденных самостоятельно поднимать детей. Тема передачи была близка автору и Нонна легко справилась с задачей. Сценарий был придуман за вечер, и теперь, сидя на кухне за стареньким компьютером, Нонна набирала текст. Араксия Александровна помешивала ложкой борщ на плите. Поставив точку, Нонна посмотрела на экран компьютера, шепча только что законченный абзац:

— Деньги, деньги, вечная проблема!

На слово «деньги» Араксия Александровна отозвалась стремительно:

— Кстати, надо заплатить за телефон.

Нонна сбивается, качает головой, отмахивая от себя лишние звуки, и начинает читать сначала:

— Деньги, деньги, деньги — вечная проблема. Мать ворчит, что не заплачено за квартиру, сын укоризненно демонстрирует, насколько коротки ему штаны, купленные всего несколько месяцев назад. И самой хочется чего-нибудь приобрести.