Джилл Мэнселл - Соло

— Потому что это все-таки мой дом, — говорила она, словно чувствуя необходимость оправдаться перед подругой. — И я понимаю: Росс рано или поздно узнает, что я вернулась, но мне хочется прежде, чем это произойдет, самой устроиться здесь с Оливией.

— И что, по-твоему, он сделает, когда узнает? — спросила Холли, снова наполняя чашки и поддергивая юбку выше колен, чтобы ноги могли ухватить солнце.

Тесса пожала плечами.

— Понятая не имею. Но, скорее всего, раз уж Росс считает, что я выставила его дураком, то он вряд ли обрадуется.

— Он все время спрашивает о тебе, — напомнила ей Холли.

— Да, но говорит ли он что-нибудь про меня?

Холли поморщилась.

— Конечно, нет. Я ему нагло вру, а он прекрасно понимает, что я ему вру, но ничего не может поделать. Тесса, да он просто меня ненавидит!

— Меня тоже, — беспечно сказала Тесса. — А теперь почему бы нам не поговорить о чем-нибудь более воодушевляющем? Расскажи, как у тебя дела с Максом.

…………………………………………..

Тесса позвонила Фреду Леннарду, фермеру, хозяину домика, в котором она раньше жила, и он был очень растроган, узнав, что она вернулась, но еще больше он обрадовался, когда услышал, что аренда возобновляется. Сдать крохотный домишко с одной спальней было не так просто, как он ожидал: приезжие туристы требовали такой роскоши, как простор, душевые кабинки, современная сантехника и центральное отопление; надежных людей, которые бы сняли домик на длительный срок, найти было очень трудно. «Естественно, можно вернуться», — заверил Тессу Фред. Он оставит ключи под ковриком у задней двери, а рассчитаются они тогда, когда ей будет удобно.

«Однако странное испытываешь ощущение, — подумала Тесса, — когда возвращаешься в знакомые стены и обнаруживаешь такую непривычную пустоту». Из вещей первой необходимости здесь осталось совсем немного: все ее вещи были у Росса, — если только он их не сжег, — и не будь Холли, которая одолжила ей разномастных чашек, тарелок и прочих кухонных принадлежностей, а также набор постельного белья, Тесса бы просто погибла.

Холли была такой замечательной, что Тесса чувствовала себя очень неудобно из-за того, что до сих пор не сказала ей правды о причине своего неожиданного отъезда из Бата. «Хотя, — убеждала себя Тесса, — я это делаю в том числе и ради Холли. Ведь она не постесняется и выскажет все, что думает, Антонии Сеймур-Смит». Тесса не хотела, чтобы ее подруга потеряла единственную работу, которая по-настоящему нравилась, так что сказала, что статья Сэйди Лабелл, да еще вдобавок ее собственные долгие сомнения, вызвали у нее приступ слепой паники. Она просто ломанулась прочь со страху, и ей очень неловко оттого, что она задала Холли эту трудную задачу — сообщить обо всем Россу.

— Но что ты ему скажешь, когда с ним встретишься? — спросила Холли, искренне сочувствуя и в то же время немного не доверяя Тессе. Она прекрасно знала Тессу и понимала, что злобная статья Сэйди Лабелл вряд ли могла стать причиной для отказа от свадьбы.

— Не знаю, — честно призналась Тесса. — Надеюсь только, что он оставит меня в покое. Мне жаль, что я всех подвела, но у меня есть право оставаться здесь, и я останусь. У меня есть Оливия, мой дом и моя живопись. Все, что мне сейчас нужно, — медленно заключила она, — это иметь возможность продолжить собственную жизнь. В покое.

…………………………………………..

Жить тихо, однако, не значит оставаться незамеченной. Три дня спустя, выбравшись из ванной, Тесса услышала, как перед домиком остановилась машина, и ей не надо было выглядывать из окна, чтобы определить, что приехал Росс.

«Как всегда вовремя», — подумала она, ломая голову над дилеммой: весь свой скудный гардероб она сегодня утром постирала — сейчас вещи сохли на веревке в саду, — так что ей придется либо снова надеть футболку и джинсы, на которые Оливия так неблагородно срыгнула весь свой завтрак, либо предстать перед Россом в банном полотенце.

Запах детской блевотины ничем было не подавить. Ручка входной двери лязгнула, Тесса как можно крепче обмотала светло-зеленое полотенце вокруг тела, быстренько расчесала пальцами спутавшиеся мокрые волосы и направилась к лестнице.

Глядя на медленно спускающуюся Тессу, Росс размышлял о нелепости жизни: секс — его любимое занятие, но вот с Тессой он знаком уже почти год, а любовью они позанимались только дважды. Все обстоятельства работали против него; ситуация просто немыслимая. «Но в то же время, — признал он, с восхищением глядя на ее стройную загорелую фигуру и чувствуя, как в нем невольно пробуждается вожделение, — это невероятно эротично». Росс не мог себе представить, что в какой-то момент не хочет Тессу… он никогда не знал такой женщины, как она…