Джилл Мэнселл - Соло

— Ой, Росс, тебе не стоит туда идти.

Сильви коснулась его руки, и в ее глазах читалось сочувствие. Капельки дождя, бисером рассыпавшиеся по ее волосам, искрились в свете, лившемся из окон фойе. Росс, с которого капли того же самого дождя уже стекали тонкими струйками, спросил:

— А куда мне идти?

Он посмотрел на Сильви, ожидая ответа, но она замялась.

— Не знаю, — прошептала она наконец и взглянула на часики. — Но вид у тебя ужасный, а женщина, которая остановилась в четырнадцатом номере, — журналистка. Она задавала кучу разных вопросов. Если хочешь, — сказала Сильви, вдруг осмелев, — то можешь зайти на вечер ко мне в гости. Мама с папой на неделю уехали в Бенидорм, а мой парень сейчас работает в Ливерпуле, так что у меня тебя никто не побеспокоит…

Выражение лица Росса нельзя было понять, но Сильви сказала «А», значит, надо говорить и «Б». Она сжала кулаки так, что длинные ногти врезались в ладони, и неловко завершила свою фразу:

— Тебе даже не придется разговаривать, если не будет настроения…

— Очень хорошо, — спокойным голосом ответил Росс, положил руку на талию Сильви и повел ее к машине, — потому что разговаривать настроения у меня нет.

Сильви жила со своими родителями в небольшом современном двухквартирном доме. Очень чистая гостиная в духе Лоры Эшли была вся в рюшечках, и все свободные поверхности были заставлены фарфоровыми зверюшками, фигурными пепельницами и фотографиями Сильви в вычурных рамках.

Росс сел на диван, обтянутый розовым и белым, и через открытую дверь наблюдал за тем, как Сильви на кухне заваривает чай и открывает пачку шоколадного печенья. Она вернулась, села в кресло напротив, и они молча стали пить чай и слушать унылое завывание все усиливающегося ветра. Через некоторое время Сильви встала и поставила на проигрыватель старую пластинку Карли Саймона, снова удалилась в отделанную сосной кухню и вернулась с пыльной бутылкой польской водки и одним стаканом.

— На, — тихо сказала она, протягивая Росу стакан. — Тебе явно это нужно. Мне, наверное, нечего тебе предложить, кроме водки…

Росс улыбнулся, взял стакан и подумал, что, вероятно, из всех женщин только Сильви Нэш могла выдать такую абсолютно невинную двусмысленность…

Через два часа Росс понял, что ошибся: Сильви Нэш отнюдь не была невинной. К этому моменту он был уже порядком пьян, но мог еще соображать, что от него хотят. Когда Сильви спокойно произнесла, как бы невзначай: «Если хочешь, мы можем пойти наверх», Росс ей не ответил. Может, это опять типичная для Сильви оговорка, и на самом деле она имела в виду, что уже пора ложиться спать, так как завтра ей рано вставать на работу.

Но теперь в свою очередь улыбнулась Сильви. Она изящно встала, подошла к нему и протянула свою хрупкую ручку.

— Я хочу, Росс. Правда. И никто ведь больше не узнает.

Росс чуть было не соблазнился. Это ведь его брачная ночь, а что мужчине полагается делать в свою брачную ночь, как не утрахаться до отупения?

Но Сильви — это не Тесса, и, переспав с ней, лучше он себя не почувствует. Сегодня ничто не улучшит его настроения.

— Благодарю, — сказал он, заставив себя улыбнуться, чтобы не обидеть Сильви, — но не стоит. Пожалуй, я лучше пойду лягу. Мне, наверное, надо поспать.

Почувствовав, к своему удивлению, облегчение, а не разочарование, Сильви невозмутимо кивнула.

— Я провожу тебя в твою комнату.

…………………………………………..

Грейс была девушка наблюдательная. Совершенно убитая исчезновением Тессы, она сразу догадалась, где — и с кем — Росс провел прошлую ночь. Она внимательно следила за своей матерью, которая резко изменилась в последние недели. Подобная практика не могла не научить Грейс распознавать выражение лиц, свидетельствующее о том, что у человека есть какой-то секрет. И хотя Сильви в это утро вела себя очень прилично и каждый раз, когда Росс появлялся из кабинета, скромно опускала взгляд, Грейс трудно было обмануть. По ее мнению, это со всей очевидностью доказывало, что Тесса уехала из-за аморального поведения Росса.

…………………………………………..

Обеденный перерыв Ричард провел в постели с Мэтти, и теперь он лежал, расслабившись, на горе подушек и с удовольствием наблюдал за тем, как Мэтти одевалась. Вот через голову скользнула блестящая темно-зеленая нижняя сорочка, которую он ей купил на той неделе. Вот она надела французские трусики. Мэтти уже его не стеснялась, она быстро крутанулась перед ним и довольная погладила руками шелковистый материал.