Элен Гома - Зависимые

Эви обиженно хнычет, все еще пребывая в агонии. Ее волосы, разбросанные по подушкам, отливают золотом из-за лунного света, губы припухли от поцелуев. Точно так же, как и ее глаза в этом момент, на шее поблескивает зеленым цветом мой подарок. Она ерзает своей попкой в нетерпении заполучить меня снова, и это самое завораживающее зрелище из всех, что я когда-либо видел.

— Моя девочка. — Я буквально рычу, когда мой член медленно проталкивается внутрь, побуждая ее выгнуться мне навстречу. — Ты моя, ты знаешь об этом? — Я закрываю глаза от блаженства, полностью погрузившись в ее глубину.

— Ох. Джереми. — Она бормочет мое имя так тихо, словно это вообще не предназначено для чьих либо ушей.

Я задаю темп, который вторит доносящейся музыке, и ускоряет мой пульс до бесконечности. Весь мир начинает кружиться. Я посасываю ее шею, облокотившись рукой в подушку, другая рука накрывает ее грудь, сжимает сосок. Запах и вкус ее гладкой кожи, звуки ее удовольствия, от того, что я делаю с ней это. Все это слишком.

— Эви. Вот черт, сладкая. — Слова звучат сбивчивым голосом в ее шею.

Она так сильно сжимает меня своими мышцами, задыхаясь от подступившего оргазма, что я не выдерживаю больше и следую за ней. Мое тело распадается на части. Мы пульсируем с ней в одном сумасшедшем ритме, пока несемся к звездам.

Я скатываюсь на бок, целуя ее макушку, избавляюсь от презерватива и притягиваю ее обмякшее тело к себе. Не в силах произнести ни слова, она устраивается на моем плече и через время ее дыхание выравнивается настолько, что я понимаю, она спит.

Влюблен.

Усмехнувшись, я вспоминаю о диагнозе, который поставила мне Милли. Если «влюблен» — это чувствовать потребность в ней настолько, что аж больно, умирать от желания навсегда оставить ее в своих объятиях, обожать ее смех, ее взгляд, пробирающий до мурашек, упиваться ею, не имея возможности насытиться окончательно, если все это оно и есть, то да, я влюблен.

Бляя.

Совершенно точно, влюблен.

Первое что я вижу, открыв глаза, это мое отражение в зеркале. Тяжелая рука Джереми пересекает мое тело и уходит под мое левое бедро таким образом, что я не могу пошевелиться. Его теплая грудь прижата к моей спине, и я слышу его спокойное дыхание сзади. И я все еще слышу тихую музыку с первого этажа.

Я даже не помню, когда уснула. Это и не важно. Гораздо важнее было то, что произошло ранее. Секс с Джереми в его постели — это нечто. Как и чувственный Джереми с его неторопливыми ласками, нежным шепотом мне на ухо, медленными, но точно выверенными движениями внутри меня… Скорее всего, я не смогу отделаться от этих воспоминаний никогда в жизни.

Дело еще больше осложняется его мурлыканьем, создающим вибрации на моей шее прямо сейчас.

— Привет, сладкая.

Не дожидаясь ответа, его рука скользит вверх по моему телу, отодвигает тонкую ткань белой простыни, под которой мы лежим, и захватывает мою грудь своей огромной пятерней. А затем его слегка взлохмаченная голова показывается из-за спины, отражаясь в зеркале вместе со мной. Он ловит мой взгляд, а я смотрю на него. Дьявольские зеленые глаза, коварная белозубая улыбка, ехидно приподнятая бровь. Он сжимает мой сосок, заставляя меня облизнуть губы, смеется и падает обратно на подушку.

— Я тоже хочу тебя, Эвелина. Я всегда хочу тебя.

— Тебе разве не надо ехать в аэропорт за своим новым братом?

Он усмехается.

— Шутишь? Ему двадцать четыре, а не тринадцать. К тому же… — Он встает с кровати, чтобы достать телефон из кармана джинсов на полу. Я никогда еще не видела его полностью обнаженным при свете дня. Черт, как можно выглядеть настолько фантастически, только проснувшись? — он давно уже дома.

Джереми пожимает мускулистыми плечами и забирается обратно в кровать.

— Ну так что, сладкая, чем займемся? Есть идеи? У меня есть парочка, если что. — Он укладывается на свое место позади меня, отпуская свою ладонь гулять по моему телу.

Я должна возразить, но не хочу. Я так же допускаю мысль, что лучше мне убраться по доброй воле, не дожидаясь, пока он меня выпроводит, но опять же — я не хочу. Все, чего я хочу — это он.

Тот факт, что на мне нет абсолютно никакой одежды, и что мы оба наблюдаем за его ласками в огромное зеркало, вызывает неловкость. Я знаю, что мои щеки вот-вот предательски вспыхнут от смущения, и чтобы не провоцировать это еще сильнее, я закрываю глаза. Это происходит в тот самый момент, когда он поднимает мою ногу, чтобы уложить ее на свое колено, а его ладонь накрывает мой клитор дразнящими движениями.