Наталия Экономцева - Точка Женщины

— Не парься, — улыбается секретарша и надувает пузырь из жвачки ярко-розового цвета. — Старой перечницы еще нет.

— Правда?

— Ага. В пробке стоит. Уже два часа. Злая, как черт.

Настя вешает на крючок свою куртку и мысленно говорит спасибо маленькому представителю космической кухни.

Между тем молодая мама бросает странную железку в пластмассовое ведерко с гряз ной водой. В это время малыш начинает плакать, и она бежит к нему, забыв о недомытых колесах. А когда вспоминает, то быстро протирает последнее колесо губкой и аккуратно выливает воду в раковину в ванной. Вот тогда-то отмокший блестящий серебряный браслет с изображениями растений и животных (вес сто пятнадцать граммов, проба отсутствует) и является перед ней во всей красе. Тихо ахнув от удивления, она споласкивает его холодной водой, промакивает полотенцем и надевает на руку.

В субботу вечером Андрей везет Настю в гости к друзьям, и, одеваясь перед зеркалом, она говорит:

— Я хочу новый браслет. Взамен того, что потерялся.

— Хорошо, — соглашается Дрю, которому кажется, что эта фраза обращена к нему, хотя Настя произносит ее, задумчиво глядя в окно, а когда он отвечает, даже слегка вздрагивает, как будто от неожиданности. — Хочешь, завтра пойдем за браслетом?

— Хочу.

— Вот и прекрасно, — улыбается Дрю.

Хотя надо признаться, что вечер, который, как он считал, поможет Насте отдохнуть и отвлечься от работы, проходит не совсем так, как он задумал. Его жена, спокойная, безупречно подстриженная женщина, все время сидит с отсутствующим видом и ни с кем не разговаривает. За несколько часов она раскрывает рот всего два раза. Во-первых, чтобы поздороваться. А во-вторых, когда одна из девушек, рассуждая о бренности всего сущего и покачивая рукой с тонкой, дурно пахнущей сигаретой, говорит:

— Весь мир состоит из иллюзий.

Вот тогда-то Настя вдруг поворачивается к ней и резко возражает:

— Мир состоит из желаний.

— Нууу, желания — это тоже иллюзия, — слегка растерявшись, отвечает девица.

Настя презрительно отворачивается, снова потеряв к разговору всякий интерес, но ее губы беззвучно шевелятся. И Андрей готов поспорить, что в этот момент его уравновешенная жена очень тихо произносит слово «дура».

Ночью, захлебываясь от удовольствия в руках мужчины с хитрющими глазами, она шепчет ему в ухо:

— Я хочу, чтобы ты был со мной всегда! И чтобы нам всегда было так же хорошо, как сейчас!

И в ту же секунду чувствует, как он чуть-чуть, самую малость, отодвигается в сторону. И Настя прижимается к нему ближе, но любой, даже начинающий сотрудник космической кухни с уверенностью сказал бы, что это совершенно бесполезно. Потому что именно в этот момент противоположные желания сталкиваются, пытаясь перебороть друг друга. И нет смысла придвигаться теснее или уходить в сторону, ведь последнее слово все равно окажется за тем, кто сильнее пожелал.

— Как тебя зовут? — спрашивает Настя, а мужчина с хитрющими глазами молча улыбается ей в ответ.

— Сколько тебе лет?

Он молчит.

— Почему ты не отвечаешь на вопросы? Разве это так сложно?

— Разве то, о чем ты спрашиваешь, важно? — тихо говорит он, и Настя кладет голову ему на плечо, понимая, что ответов на простые, но неважные вопросы не дождется.

— Можно мне хотя бы потрогать твою пятку?

— Можно, левую, — великодушно разрешает он, ничуть не удивляясь такому странному желанию.

А утром молодая мама идет гулять со своим малышом. Как обычно, она движется к детской площадке по узкой, ничем не примечательной улице. Она проезжает мимо двенадцатиэтажного дома, из окна которого можно увидеть маленький магазин на противоположной стороне дороги и — сколько хватает взгляда — бесчисленные окошки жилых домов. Разумеется, молодая мама этого не знает, ведь она никогда не выглядывала из окна двенадцатого этажа. И разумеется, она не догадывается о том, что именно в этом доме живет Настя, обеими ногами стоящая на земле, и что именно в эти минуты ее муж Андрей одевается, чтобы выйти во двор, вывести машину из гаража и отправиться со своей женой на поиски нового браслета. А Настя, в свою очередь, не подозревает о том, что в нескольких метрах от подъезда ее дома застежка серебряного браслета с изображением растений и животных незаметно раскроется. И, не успев дойти до гаража, Андрей поднимет этот браслет и со всех ног кинется с ним обратно домой. И так никогда и не поймет, почему его на редкость здравомыслящая жена, вместо того чтобы обрадоваться, вдруг побледнеет и схватится рукой за сердце.