Роберт Брындза - От тебя бегу к тебе

— Да, ты права, — сказала я.

— Тогда пошли! Нам еще надо обсудить с костюмерами, насколько короткими могут быть килты у парней…

— Пошли! Я за то, чтобы было больше голых ног, — ухмыльнулась я.

Чуть позже, когда мы с Никки уже заканчивали переговоры в костюмерной, в дверь просунул свою голову Ксандер.

— Вы должны пойти и посмотреть на это, — заявил он.

Мы снова вышли на улицу. Со Старой Библиотеки напротив вдруг исчез весь маскировочный брезент. Он так долго скрывал здание, что я с трудом припомнила, как оно выглядело в прошлом.

Пятиэтажное строение перед нами теперь полностью закрывал новый потрясающий фасад — стена из видеоэкранов. Все здание превратилось в один гигантский видеоэкран, внизу которого зиял лишь маленький проем для массивных двустворчатых дверей, обтянутых красным бархатом с надписью «БОЛЬШОЙ О», инкрустированной золотом.

Экраны были пустые, а потом в верхнем углу появилась маленькая точка, которая превратилась в полную луну ночью… По всему зданию замерцали звезды, луну затянули облака, и на фасаде высветился огромный образ Таппене Полпенни. Она сидела на качелях, выбросив вперед ноги в черных панталонах с подвязками. Ее невероятно дерзкие груди прикрывали маленькие красные сердечки. Откинув голову назад, Таппене улыбалась, купаясь в искрящихся бликах света.

На мгновение она замерла с полузакрытыми глазами, затем видео отмоталось на несколько секунд назад, а потом все здание превратилось в разноцветную испытательную таблицу [30] Телевизионная испытательная таблица (тест-таблица) — специальное изображение, воспроизводимое на экране кинескопа для настройки и оценки качества изображения телевизионной аппаратуры, а также всевозможных дисплеев (в том числе компьютерных мониторов). . Прохожие на улице остановились, и проезжавшая машина нервно просигналила им, требуя убраться с проезжей части.

— Блин, ни хрена ж себе! — не сдержалась Никки, залитая разноцветными лучами с видеоэкранов.

Из огромных двустворчатых дверей вышел Джейми и, перейдя улицу, устремился к нам.

— Что вы об этом думаете, леди… и джентльмен? — спросил он.

— Это великолепно, — призналась Никки.

— Гениально! — воскликнул Ксандер.

— Я знаю, это немного экстравагантно для новой сцены, но я рассчитываю на то, что мы здесь задержимся на какое-то время, — сказал Джейми. — Мой приятель из Канады владеет фирмой, которая производит такие фасады из видеоэкранов…

— Надеюсь, вы получили ТВ-лицензию? — осведомилась я. Но шутка получилась плоской, и от этого мне стало еще горше.

Мы поднялись обратно в офис. Единственным недостатком огромной афиши с Райаном Харрисоном было то, что она закрыла все окна нашего театра. Мне до смерти хотелось выглянуть наружу и подсмотреть, что происходит на улице внизу. Но все, что мне удалось разглядеть, — это темный прямоугольник холста с гигантским левым глазом Райана. В течение следующего часа улица наполнилась восторженными голосами. И с каждой минутой многоголосый восторг становился все громче и громче. Никки отправилась на телефонную конференцию с журналом «Хит» об объявлении Райана «Торсом недели». Уходя, она обернулась ко мне:

— Перестань зацикливаться на «Большом О»…

— Сказала кокотка священнику — пошутила я.

— Я серьезно, Нат Забей на это, — бросила на меня многозначительный взгляд Никки и вышла из кабинета.

Легко ей было советовать! Ведь это не ее бывший жених нежданно-негаданно всплыл из прошлого и открыл свой театр через дорогу! Я встала и заходила кругами по кабинету. Руководить театром — дело непростое. Это постоянный стресс. А театр Джейми мог переманить часть нашей публики к себе.

В дверь постучал Ксандер.

— Натали, я, наконец, собрался пообедать. Тебе что-нибудь купить?

— Я могла бы прикончить пастрами с горчицей на ржаной булочке, — сказала я. — И возьми мне еще на потом одну булочку с сыром.

Ксандер добавил мой заказ в свой список и удалился. А я снова уселась в кресло. Шум на улице уже стоял такой, как будто там собрались сотни людей. Проклиная холст, закрывавший мне окно, я открыла дверь на пожарную лестницу и поднялась на крышу (на этот раз я, правда, сначала предусмотрительно убедилась, что не захлопнула злополучную дверь).

Было очень тепло. От асфальта, впитавшего утреннее солнце, исходил жар. Стайка голубей, сгрудившись на одном конце крыши, нежилась в полуденных лучах. Я медленно подошла к краю крыши и посмотрела вниз. Равен-стрит была запружена женщинами, вырядившимися под стать танцовщицам бурлеска. Сотни особ самых разных размеров и форм в разноцветных корсетах и при полном макияже возбужденно болтали друг с другом, созерцая на видеоэкране Таппене Полпенни.