Линда Миллер - Флибустьер

- Да, - сказала Шарон с тоскливой улыбкой. - Мне тоже жаль. Мой Бен был хорошим человеком. Но разве слезы и терзания могут что-нибудь изменить? В один прекрасный день понимаешь, что нужно жить дальше. Чем скорее вы поймете это, миссис Рурк, тем лучше будет для вас и вашего будущего малыша.

Фиби кивнула. - Я знаю, что вы правы, - сказала она, и ей на глаза снова навернулись слезы. - Я попытаюсь собраться с силами.

Шарон погладила Фиби по руке:

- Отдохните немножко, ладно? Закройте глаза и попытайтесь думать о чем-нибудь хорошем...

В этот момент Фиби на ум пришло имя Старухи, якобы обладающее магической силой. Она почувствовала первую неуверенную, хрупкую надежду и начала про себя повторять это слово.

Фиби выписали на следующее утро, в разгар неистового тропического урагана, и Снежок отвез ее в отель на своем джипе. Дождь с таким грохотом молотил по брезентовой крыше машины, что они даже не пытались разговаривать. Но Фиби все равно была занята: с того мгновения, как она вспомнила подлинное имя Старухи, она набиралась сил и решительности.

Когда они добрались до места, Фиби направилась в свой номер, а Снежок вернулся к работе. Он был хорошим другом, хотя их знакомство продолжалось недолго, и она всегда будет благодарна ему за его доброту.

Шторм продолжался весь день, и пальмы под порывами урагана сгибались почти до земли. Персонал отеля был вынужден закрыть все ставни и запереть двери. Электричество отключили на всякий случай, в погребе были запасены консервы, вода в бутылках, а также одеяла, подушки и аптечки первой помощи.

Фиби была возбуждена, ей казалось, что она впитывает энергию разъяренной стихии. В ее мозгу теснились планы и возможности, и она с каждым вздохом повторяла тайное заклинание длиной в одно слово подарок Старухи.

С наступлением ночи ураган достиг наивысшей силы, пытаясь сорвать кровлю и сотрясая отель до основания. Фиби, два других постояльца и персонал спустились в погреб, взяв с собой фонарики, книги, переносные радиоприемники и нервно переговариваясь друг с другом.

Фиби знала, как она повторяла себе снова и снова, что, даже если ей удастся вернуться к Дункану, ей может не хватить времени, чтобы уберечь его от английского плена. Она слишком хорошо знала, что время идет неодинаково в обоих мирах она могла попасть в тот век до того, как Дункана схватят и казнят, но могла и найти его могилу на склоне холма, рядом с могилой отца.

- Вы не хотите посидеть с нами, милочка? - спросила миссис Зиллман, дружелюбная пожилая женщина с волосами голубого, оттенка. Она и ее муж Малькольм купили коттедж во время предыдущей поездки на Райский остров и вернулись, чтобы юридически вступить в обладание недвижимостью.

Фиби посмотрела на закрытые двери лифта и направила луч фонарика на табло наверху. Цифры, показывающие номера этажей, конечно, не светились, поскольку электричество было отключено.

- Я слишком взволнована, - ответила она, и это было совершенно верно. Про себя она снова повторила имя Старухи.

Миссис Зиллман сочувственно улыбнулась вероятно, она слышала от персонала подробности истории Фиби и вернулась к мужу и остальным. Через мгновение после ее ухода раздался тихий звон, и двери лифта отворились.

Сердце глухо забилось в конце концов, это может означать лишь то, что снова включили электричество, и Фиби вошла в кабину. Если бы не фонарик, она оказалась бы в полной темноте, когда двери закрылись за ней. «Дункан! - молила она тихим лихорадочным шепотом. - Будь там! Пожалуйста, будь там живой, невредимый и упрямый!»

Лифт тихо загудел, хотя больше не было никаких признаков, что он работает на электричестве, но Фиби чувствовала, как он движется, поднимая ее. Она затаила дыхание, когда кабина остановилась и двери открылись.

Перед ней была разоренная гостиная Дункана, и она без малейшего колебания бросилась в комнату, сжимая сумочку и фонарик. Двери закрылись за ее спиной, но Фиби даже не обернулась, чтобы увидеть, что они пропали безвозвратно.

Она вернулась в мир Дункана.

Фиби, нахмурившись, стояла в центре красивой комнаты. Шторма в этом мире не было, и стоял день, а не ночь. Она окликнула было Дункана по имени, но тут же замолчала. Если британцы уже овладели островом, она не хотела оповещать их о своем присутствии. Хотя вряд ли ее, вооруженную фонариком и сумочкой с витаминами и прочими принадлежностями жизни в современной Америке, приняли бы за врага.

Жив ли Дункан, или она прибыла слишком поздно?