Лидия Лукьяненко - Все для тебя

От постоянных мыслей о нем можно было бы сойти с ума. Вот потому ей нужен был Алеша. Милый, славный Алеша! Заботливый, нежный, надежный. И родителям нравится. Скажи она хоть слово — завтра на ней женится. Но слово это говорить не хотелось.

Неугомонная Ирка притащила на работу тест на беременность. Положила коробочку перед ней.

— На, дарю!

— Зачем?

— Да у меня задержка была. Я вчера купила, хотела утром тест сделать, а ночью — началось. Мне теперь он ни к чему, а ты все же проверь. Говорила ведь — задержка.

— Ну и что? У меня бывает.

— Тебе что, трудно в баночку пописать?

— Нет, конечно. Только ни к чему все это. Мне в последний раз врач знаешь какой диагноз поставил? Бесплодие.

— Ой, да знаю я этих врачей! Моей подруге тоже так сказали. А через год она двойню родила! Так что не поленись.

Каково же было ее изумление, когда тест оказался положительным. Не совсем доверяя ему, она бросилась к своему врачу. Та подтвердила: беременность. Срок оказался приличным. С Питера.

Маринино поведение опять переменилось. Теперь она была такой, как прежде, — ровной и почти спокойной, но не унылой, а радостной. Все в ней ликовало и пело. Она носит их ребенка! Внутри у нее — маленький Рома! Вот она — их главная тайна белой ночи! Загадка питерских ночей! Она смогла обмануть судьбу, и не на три дня, на всю жизнь отхватить себе кусочек счастья. Она и надеяться не смела родить! И любви от жизни не ждала. А тут вдруг — такой подарок! Такой чудесный подарок. Что она там просила у лика Казанской Божьей Матери? Семьи. Детей. Счастья! И любви. Большой взаимной любви. Пусть ненадолго. Всего на три дня. Бедный Рома! Как несправедливо распорядилась судьба их любовью: у него остались только две фотографии, а у нее — целый мир!

Вот в чем высший смысл их встречи — в этой новой жизни. Не беда, что он не будет носить фамилию отца, эту фамилию она ни при каких обстоятельствах не даст ему, зато он будет живым напоминанием о Романе!

Она выйдет замуж. За Алешу. Он будет любить ее ребенка. Это будет их ребенок. Алеша будет хорошим мужем и хорошим отцом. Как ее папа. И он будет любить и оберегать ее так же, как папа любит и оберегает маму. А она будет, как мама, уважать и любить его за это всю свою жизнь.

Поначалу он не произвел на него никакого впечатления, этот остров. В первый же день он спустился по деревянной, в несколько длинных пролетов лестнице на пляж и увидел его в блеклой дымке раскаленного над сверкающим морем воздуха. Он читал о нем в книге о Египте, в рекламных буклетах в Интернете и специально выбрал отель с видом на остров Тиран. Он сам не смог бы сказать, почему его так тянуло к этому острову. Серая невыразительная громада в море никак не соответствовала его представлениям об острове, и он почувствовал себя разочарованным.

Наспех окунувшись в море с понтона, он решил, что нужно непременно купить в этот раз снаряжение для подводного плавания, и отправился в рыбный ресторан, находящийся на побережье. В отеле было несколько ресторанов: главный и самый большой — в центральном корпусе, рядом, на втором этаже — итальянский, и этот — самый, пожалуй, демократичный с виду — с массивными коваными столами и стульями, покрытыми мягкими бордовыми подушками, под неприхотливой деревянной крышей и с превосходным видом на море. Он быстро набрал себе полное блюдо всякой снеди и заказал бокал местного белого вина. Он не хотел есть, скорее оценить кухню: чем тут можно будет себя побаловать в течение этой до неприличия бездеятельной недели. Вино оказалось невкусным, слишком молодым, с неприятным лекарственным запахом.

Он уже отдыхал в Египте. Шесть лет назад, с женой. Тогда они еще любили друг друга и были бедны. На поездку откладывали целый год, еще и попросили в долг у тещи. Та поворчала, но дала. Тот отель был скромнее — четыре звезды, питание — завтрак и ужин, напитки — за отдельную плату. Они привезли с собой бутылку коньяка, вечерами выпивали по рюмочке и долго беседовали. Говорили и не могли наговориться. Неужели это было? Долгие разговоры, ночи любви, спокойная радость, оттого что она находится рядом, непреходящее удивление: что она в нем нашла? Куда все это делось за шесть лет? Что должно было произойти с ними, чтобы он с таким облегчением уехал подальше, сюда, к острову Тиран?

Он снова чуть пригубил вино, подержал во рту — нет, пить невозможно. Отодвинув бокал, он стал неторопливо есть, отмечая: рыба — вполне, картофель испортили лимонным соком, овощи съедобны. В этот раз он не взял выпечки, хотя очень ее любил, и так знает — сладкое в этих краях всегда отменное. Но малоактивный образ жизни — всегда за рулем, всегда за компьютером — стал сказываться на фигуре, и вот, в тридцать пять — расплывшаяся талия и намечающееся брюшко. Хорошо еще, что он достаточно высок — метр восемьдесят пять. При таком росте и широких плечах лишние килограммы не так заметны. Но все равно не дело. «Буду больше плавать», — решил он. Зря все же он согласился на All Inclusive — «Все включено». По опыту знает: жрут здесь все — и русские, и немцы, и итальянцы. Что это за человеческая порода такая? Умом понимаешь, а рука так и тянется за очередным куском. Поначалу еще себя сдерживаешь, но потом махнешь рукой: а ну его, сяду после поездки на диету. Взять его самого: только приехал, а уже желудок полон, сонливость накатывает и в голове ни одной мысли.