Темми Хилс - Игра теней

Внутри у него все горело от желания выполнить это обещание.

- Если ты не прекратишь смотреть на меня так, словно я самое аппетитное блюдо на столе, ни ты, ни я не сможем здраво мыслить.

- Но от этого нам становится так хорошо!..

- Тебе бы лучше держать себя в руках, Джексон. У тебя сейчас дым из ушей пойдет.

Улыбнувшись ей в ответ, он выпрямился и застегнул пиджак, чтобы скрыть появившуюся выпуклость на брюках. Опустив глаза, Рэйчел так пристально уставилась на него, что сердце Джексона бешено заколотилось. Желание начало горячей волной растекаться по телу, и он сквозь стиснутые зубы с шумом втянул в себя воздух.

- Женщина, если ты не хочешь, чтобы я...

- Ладно, ладно, я буду вести себя прилично. - Щеки Рэйчел порозовели, она рассмеялась и отвела от него взгляд. - Я просто не хотела страдать в одиночку.

Обойдя вокруг стола, он сел в кресло, недавно освобожденное элегантной брюнеткой. Поймав на себе дерзкий взгляд Рэйчел, он вдруг понял, что за последние два дня из застенчивой девицы она превратилась чуть ли не в развязную особу. Перемена, которую он приветствовал от всего сердца, хотя сейчас от этого ему становилось отнюдь не легче.

Со вздохом сожаления он решил, что пора вернуться к делам, принуждающим его следить за Рэйчел.

- Кто эта женщина, что недавно разговаривала с тобой? - Он знал, что Моника Бомон была невестой сенатора Гастингса, Но подслушанный им с помощью миниатюрного жучка разговор между Рэйчел и Моникой (или Линдой?) заставил его насторожиться. Рэйчел наверняка бы разгневалась, узнай, что он установил подслушивающие устройства под ее столом, но теперь он лишь сожалел, что не делал этого раньше.

- Моника... - Рэйчел осеклась и слегка наморщила лоб. - Бомон, кажется, так ее зовут.

Джексон наблюдал, как она аккуратно сложила карты и отложила их в сторону. При каждом движении складки появлялись на ее красном бархатном платье, отчего в лучах света казалось, что на нем вспыхивают искры.

- Ты знакома с мисс Бомон? Рэйчел на мгновение замялась, словно обдумывала свой ответ.

- Пожалуй, нет.

Не лги мне, Рэйчел! Подавив желание потребовать от нее правды, он почувствовал, как все сжалось у него внутри. Обе эти женщины знакомы с детства - факт, который, как он понял, мисс Бомон не хотела делать достоянием гласности. Рэйчел относилась к тем редким людям, которые уважают желания других вне зависимости от того, как это может выглядеть. В изменении этой женщиной имени нет ничего противозаконного, но ее желание сохранить это в тайне насторожило Джексона. Первым делом он завтра попросит Энди выяснить о ней все. А до тех пор нет смысла упрекать Рэйчел за то, что она утаивает от него важные сведения. Да и ему вовсе не по душе создавать лишнее напряжение в их отношениях.

- Мне нравится твоя прическа, - заявил он, удивляясь, что только сейчас сказал то, что стало его первой мыслью, когда сегодня увидел ее.

Волосы ее были собраны на затылке и перетянуты шелковой лентой, лишь отдельные кудрявые пряди обрамляли лицо.

Глаза Рэйчел округлились, и она улыбнулась.

- Спасибо.

- Но мне больше нравится, когда волосы у тебя распущены.

Ее темные брови поползли вверх.

- Неужели?

- Как только закончится вечеринка, я вытащу из твоих волос все заколки.

Судя по тому, как глубоко она вздохнула, Джексон понял, что идея пришлась ей по вкусу, но это ни шло ни в какое сравнение с образами, рисуемыми ему воображением. Его буквально трясло от желания. Джексон наклонился к ней.

- Если я тебя поцелую, думаешь, кто-нибудь заметит?

- Могут твои шпионы. Ведь за мной следят, не так ли?

- Они не в счет.

Улыбка появилась на губах Рэйчел, глаза заискрились.

- Разве у вас нет работы, мистер Дермонт?

- К сожалению, есть. Еще немного, Рэйчел, и все это закончится.

А что потом? - хотелось ему спросить. Но сейчас не время обсуждать их будущее.

Он поднялся и, не в состоянии побороть искушения, приблизился к ней и, пока никто не видит, провел пальцами по ее щеке.

- Ты не надела свой амулет.

Рука Рэйчел машинально взметнулась к тому месту на груди, где обычно висела круглая пластинка. Джексон еще ни разу не видел ее без этого талисмана.

Она склонила голову и заглянула ему в глаза.

- Я решила, что он мне больше не нужен. Джексон наблюдал за ней, пытаясь разобраться в выражении ее глаз. Что в них? Надежда?

Смирение? Определить он не мог. Но вдруг Джексон понял, что видит в ее глазах доверие. Она доверила ему свое тело, и, как он втайне подозревал, и свое сердце, хотя ни разу не сказала, что любит. Это было бы преждевременно, мысленно согласился он, их отношения еще слишком непрочны, чтобы она могла думать о настоящей любви.