Виктория Холт - Валет червей

Я резко оттолкнула его.

- Нет, Дикон, - сказала я, - нет.

- Теперь мы оба свободны, - напомнил он. - Почему же нет? Давай начнем с того, что нам следовало сделать еще много лет назад.

Я не заблуждалась относительно себя. Мне хотелось сдаться. Я знала, что жизнь с Диконом будет похожа на азартную игру, и хотела попытать счастья и сделать ставку. Но я все еще видела мою мать: она, как бы восстав из гроба, предупреждала меня, и столь живым был ее образ, что я не могла отмахнуться от него.

- Ты сможешь найти себе подходящую пару в тех кругах, в которые ты вхож, - произнесла я. - Высший свет Лондона, не так ли? Какую-нибудь богатую женщину, а?

- Знаешь ли, некоторых материальных благ я уже сумел добиться.

- Но тебе хотелось бы большего.

- А кто может искренне сказать, что не хочет этого?

- Уж, конечно, не Дикон.

- Ну, если уж на то пошло, то и тебя тоже не назовешь бесприданницей, - весело заметил он. - Уверен, твой отец, исключительно богатый человек, не допустил бы этого. Кроме того, тебе причитается часть доходов от Турвиля.

- Я вижу, что в водовороте страстей ты все-таки не упустил возможности просчитать мою стоимость.

- Ты стоишь дороже бриллиантов, которые я всегда считал более ценными, чем рубины. Дело в том, Лотти, что я действительно люблю тебя. Я всегда любил тебя и всегда знал, что ты создана для меня, - с тех самых пор, как заметил очаровательное своевольное дитя, пылающее той же страстью, что и я. Неужели ты думаешь, что романтичные обстоятельства твоего рождения могли хоть как-то повлиять на мою любовь к тебе?

- Нет, этого я не думаю. Преградой стал Эверсли.

- Грубо! Грубо и банально. Человек совершает одну-единственную ошибку. Неужели он никогда не может заслужить за нее прощения?

- Простить? Да. Но ошибка - если это была ошибка - забывается не столь легко.

Теперь мое настроение резко изменилось. Как только он заговорил о богатстве моего отца, я тут же вспомнила, как он интересовался поместьем, как задавал вопросы, как любовался им во время наших прогулок верхом.

Если я вновь выйду замуж, то не за того, кто польстится на мое богатство. И хотя я была уверена в том, что чувства Дикона ко мне действительно глубоки, одновременно я чувствовала, что он не способен отказаться от одновременной оценки выгод.

Он желал меня. В этом я была уверена. Опыт жизни с Шарлем уже показал мне, что такие желания длятся недолго, а когда она становятся менее пылкими, необходимо иметь твердое основание, на котором можно строить любовь - такую, какая существовала между моим отцом и матерью.

Дикон продолжал убеждать меня:

- Есть две веские причины, по которым тебе следовало бы вернуться в Англию. Первая заключается в том, что ты нужна мне, а я тебе. А вторая - в том, что сейчас ты живешь в очень ненадежной стране. Ты замкнулась здесь в глуши и забыла об этом. Надеюсь, ты не забыла, что случилось с твоей матерью?

Я покачала головой.

- Не забыла, - страстно ответила я.

- Почему это случилось? Спроси себя.. Во Франции брожение, я это знаю. Я обязан это знать.

- Тайная миссия? - спросила я.

- Совершенно очевидно, что если у Франции неприятности, то нам, по другую сторону пролива, не стоит слишком сожалеть об этом. Французы заслуживают того, что с ними произойдет. А произойдет это скоро, помни об этом, Лотти. Это носится в воздухе. Умные люди в этом не сомневаются. Оглянись назад. Людовик XIV оставил сильную Францию, но за время правления Людовика XV богатства Франции были растранжирены. Разорительные капризы этого короля разъярили народ. Они ненавидели Помпадур и Дюбарри. Всю эту роскошь.., кареты на улицах.., дорогостоящие увеселения.., целые состояния, растраченные аристократами на роскошные платья и драгоценности, - все это бралось на заметку. А рядом с этим бедность.., настоящая нищета. Такие контрасты есть и в других странах, но ни у кого не хватило дурости привлекать к ним такое внимание. Страна практически обанкротилась. Теперь у власти молодой идеалистически настроенный король с экстравагантной женой-австриячкой - а французы ненавидят иностранцев, Страна наводнена агитаторами, единственная задача которых - вызвать недовольство. Они начали с "мучной войны", но она не принесла успеха, превратилась из революции в ее репетицию. Возможно, вы должны благодарить за это короля, проявившего смелость, когда толпа хотела штурмовать Версаль.., ну, и везение, конечно. Везение у него есть.

- Ты ненавидишь их, Дикон.

- Я презираю их, - ответил он.