Дороти Иден - Ангельский облик

Мэг уже переоделась к обеду, и если суровая Лена возилась кухне, то можно было прогуляться по нижним комнатам в поисках фотографий.

В гостиной их не оказалось. В строго обставленной комнате не было никаких признаков симпатий хозяина. Интересно, как воспринимала Луиза кричаще-яркие современные картины над камином с и холодные линии удобной, но неуютной мебели. Здесь ничего не касалась женская рука, во всем чувствовались вкусы Клайва. В такой комнате не было места сентиментальным фотографиям. Искать их следовало в другом месте.

Мэг так хотелось попасть в спальню Луизы... Если бы убедиться, что Лена на кухне, а Клайв внизу...

Едва подумав об этом, Мэг уловила голос Клайва, разговаривавшего с кем-то по телефону из кабинета, а звон посуды говорил о том, что Лена действительно на кухне.

Понадобилось всего несколько секунд, что проскользнуть наверх и пойти по коридору в поисках спальни, окна которой наверняка должны бы выходить в сад. И вот Мэг вдохнула поглубже и распахнула дверь. Двуспальная кровать, покрытая тяжелым стеганым атласным покрывалом, на полу - роскошный пушистый ковер. Рядом с кроватью - белый туалетный столик, а на полу - открытый чемодан Клайва.

На столике стояла фотография в рамке, Мэг быстро подошла на неё взглянуть, но, к её великому разочарованию, на снимке красовался один Клайв. Он не улыбался и казался ещё красивее, чем в жизни. Фотограф нашел способ польстить элегантному клиенту. Впрочем, снимок запечатлел во взгляде и жестокость...А может быть, то было простое тщеславие?

Мэг огорченно огляделась. Больше фотографий в комнате не было. Если у Клайва и оставалась фото жены, держал он его где-то в другом месте.

Внезапно устыдившись своего любопытства, Мэг на цыпочках поспешила вниз. В конце концов, установи она, что Луиза и Анжелика - действительно одно лицо, что тогда делать или говорить? Это не её дело.

И все же эта мысль не давала покоя. Тут заглянул в гостиную Клайв с предложением выпить по коктейлю.

- Что будете пить? Смешать вам "мартини"?

- Да, спасибо. Очень милая комната.

- Вам нравится? У меня страсть к порядку, и потому я отдаю предпочтение современным дизайнерам. Надо дать им шанс. Что бы вышло из Уильяма Морриса или Чиппендейла, не дай им современники шанс делать по-своему? Но женщины не любят крайностей...

- Ваша жена тоже? - осторожно спросила Мэг.

Клайв спокойно ответил:

- Луиза слишком молода и все предоставила мне. Раз здесь, в английской деревне мы не могли себе позволить классический итальянский стиль, она положилась на мой вкус.

Анжелика тоже была молода, - промелькнуло в голове Мэг.

- Ваша жена красива? Здесь есть её портрет?

Клайв сосредоточенно занимался коктейлем.

- Нет, здесь нет. Несколько фотографий есть в Лондоне. Здесь у меня сама Луиза. Попробуйте и скажите, как вам нравится.

Мэг послушно взяла стакан и попробовала. Она поняла, что Клайв уклонится от всех вопросов, и ей ничего не удастся узнать.

Чуть погодя явился Ганс. Мэг услышала его разговор с Клайвом в прихожей.

- Как хорошо, что ты вернулся, Клайв. Надеюсь, поездка выдалась приятной?

- Да, спасибо.

- Как Луиза? Какие новости?

- Хорошие, как я и ожидал.

Мэг заподозрила, что все эти слова предназначались ей, поскольку в следующий миг Ганс что-то торопливо прошептал.

Клайв коротко ответил:

- Тебе решать, Ганс, - и снова громко продолжал: - Все в порядке. Я не мог ошибиться.

Едва они подошли к двери, Клайв отчетливо произнес, словно нарочно для Мэг:

- Как здорово, что удалось продать твою картину. Ее купила жена биржевого маклера из Саррея, дай Бог ей здоровья. Заходи, посмотрим, помнишь ли ты ещё новую секретаршу. Наверно да, раз так ей восхищался на выставке.

Они вошли в комнату, Ганс поклонился Мэг и на мгновенье задержал её руку в своей.

- Рад видеть вас здесь, мисс Берни. Считаю это своей заслугой - ведь я открыл вас Клайву.

- Точно, с меня причитается, - весело кивнул Клайв и перевел разговор на выставку.

Делая вид, что внимательно слушает, Ганс не сводил глаз с Мэг.

Той было неловко под его пристальным вниманием. И разве Клайв не замечал, как Ганс на неё смотрит? Самое странное - смотрел он скорее оценивающе, чем восторженно. Будто прикидывал, пройдет ли она какую-то проверку. В Лондоне Ганс с его огромным восхищенными глазами и смирением перед неудачами казался совершенно безобидным, но сейчас в нем не было и намека на неудачника. Наоборот, перед Мэг стоял уверенный в себе победитель.