Эдит Лэйтон - Гордое сердце

Она вздохнула и пригласила доктора на кухню, предложив ему выпить чего-нибудь, потому что решила - ее могли назвать и кое-чем похуже. В конце концов гости Драмма так и поступили.

***

- Отец! - сказал Драмм. И попытался встать, старший граф помахал рукой.

- Не делай глупостей, - приказал он. - Сиди. Если бы ты мог ходить, то зачем бы оставался здесь? - Он стянул перчатку и кивнул Эрику: - Майор, добрый день, сэр. Как странно, - продолжил он, подходя к окну и выглядывая наружу. - Когда я съехал с дороги, чтобы дать лошадям передохнуть, то услышал от местных жителей, что твой кузен с женой, их друзья Райдеры, и даже твой огненный сослуживец Далтон с женой побывали здесь сегодня. Вот и майор тут. А я не получил от тебя ни словечка о ранении, и мне пришлось подкупать твоих слуг.

- Я никому не сообщал, - ответил Драмм, откидываясь на спинку. - Они сами все выяснили.

- Может быть, потому, что они такие выдающиеся шпионы. Но я не настолько хорош в интригах, - холодно произнес граф. - И не думал, что мне это потребуется. Я-то считал, что мой единственный сын и наследник даст отцу знать, если будет находиться между жизнью и смертью.

Драмм рассмеялся.

- Ну подумайте сами, отец, как бы я мог сообщить вам, если бы находился между жизнью и смертью? А если не находился, то зачем беспокоить вас? Я решил написать, когда исправлюсь. Какая необходимость зря вас волновать?

- Потому что ты бы ожидал того же самого от меня, - отрывисто произнес граф, поворачиваясь, чтобы посмотреть на сына. Драмм кивнул.

- Очень хорошая причина. Запомню на будущее.

- Надеюсь, тебе не придется это вспоминать. Расскажи, что случилось, пожалуйста.

Драмм быстро изложил основные детали.

- Теперь Эрик начнет расследование, и у нас могут появиться ответы на остальные вопросы, - закончил он.

- Хорошо, - сказал граф. - Что касается этой мисс Гаскойн. Она слишком молода, чтобы быть хозяйкой дома. Где остальные члены семьи?

- Ее родители умерли, - ответил Драмм. - Здесь только Александра и ее братья.

Тонкие брови его отца взлетели вверх, когда он услышал, что Драмм называет хозяйку по имени.

- Не беспокойтесь, сэр, - слегка улыбаясь, произнес тот. - Нами соблюдены все приличия, и на время моего пребывания здесь поселилась достойная пожилая особа.

Граф нахмурился.

- А в остальное время девушка живет тут одна?

- С тремя младшими братьями. Но уверяю вас, что мы все продумали. То нелепое крыло к сараю было пристроено моими людьми, чтобы они могли остаться и помочь ухаживать за мной.

- Ты не был знаком с ней до этого неприятного инцидента? - слишком мягким голосом поинтересовался старший граф.

- Что? - засмеялся Драмм. - Вы не устаете удивлять меня, отец. По крайней мере, ваша оценка моих моральных устоев, мягко говоря, поражает. Нет. Я не ехал к ней, когда произошел несчастный случай. До этого я не касался ее ни взглядом, ни какой-либо частью своей безупречной персоны, до того самого момента, когда она тащила меня, окровавленного, с места падения. А после? Могу утверждать, что она не строит планов на мой счет. Девушка спасла мне жизнь. Я понял, что подозревать ее в каких-то задних мыслях было бы черной неблагодарностью.

- Значит, ты считаешь, что отплатил ей тем, что построил сарай? спросил его отец. - Я не всеведущ, - добавил он, заметив испуганный взгляд Драмма. - Просто в кузнице, где я останавливался по дороге сюда, только об этом и говорят.

- Если бы вы задержались там еще хоть на минуту, то поняли бы, что это все, о чем они могут поговорить. Эта кузница - почти что центр города, как говорят мальчики. Я имею в виду братьев Алли. - Драмм улыбнулся при виде выражения лица графа. - Прошу прощения. Мальчики зовут ее так, и я иногда тоже ненароком оговариваюсь.

- Ничего, если это единственное, что ты делаешь ненароком.

Драмм покачал головой.

- Я польщен такой высокой оценкой моих способностей. У меня разбита голова и поломана нога, и я живу в переполненном доме с добропорядочной дамой, здесь даже чихнуть не удается незаметно, и вы считаете, что я могу прокрасться к девушке и соблазнить ее? Благодарю за такое доверие.

- Я просто гадал, не может ли она прокрасться к тебе с той же целью, задумчиво проговорил его отец.

Драмм выпрямился с внезапно посуровевшим лицом.

- Думаю, если бы вы знали ее, то извинились бы, сэр.

Граф спокойно смотрел на сына.

- Правда? Возможно. Прости меня. Я в эти дни думаю только о матримониальных планах, касающихся тебя. Наверное, я и на других переношу свою нетерпимость.