Кент Литл - Единственный

Лорел проспала, а такси, на котором она ехала на работу, попало в пробку. Она уже издергалась и изнервничалась, хотя не было еще и половины десятого.

- Я плохо спала, - призналась Лорел, - вот и не услышала будильника.

Она села за стол и взяла огромную кружку дымящегося черного кофе. Его запах помог ей прийти в себя. Она так нуждалась в хорошей дозе кофеина, что не обратила внимания на выразительное покашливание Эмили.

Наконец Лорел подняла голову и спросила:

- Эм, ты мне что-то хочешь сказать?

- Лорел, ты, наверное, действительно не в себе, раз даже не заметила, что на столе у тебя цветы.

Лорел огляделась. Боже правый! У нее на столе огромный букет, словно перекочевавший в Нью-Йорк из джунглей. В прострации Лорел разглядывала причудливое сочетание миниатюрных орхидей, грациозных бугенвиллей и других экзотических цветов, названия которых не были ей известны.

- Там есть конверт, - указала ей Эмили.

- Да-да, я вижу, - отозвалась Лорел, но не сделала попытки вскрыть его.

- Эта оранжерея имеет отношение к твоим ночным похождениям? - весело поинтересовалась Эмили.

- Как тебе сказать... Боюсь, что имеет. Но это не то, что ты думаешь, поспешно пояснила Лорел.

Она вздохнула, взяла небольшой конверт и вынула из него листок бумаги. "Думаю о тебе.

Коннор". Вот и все, что было там написано.

Да, она тоже о нем думала, хотя, пожалуй, не с такой теплотой.

Пронзительной трелью зазвонил аппарат внутренней связи. Только тогда Лорел вспомнила, что накануне не перезвонила Филиппу.

- Ты не могла бы все это убрать? - обратилась она к Эмили. - Поставь их в приемной или в кафетерии... В общем, где хочешь.

Эмили с удивлением взяла букет.

- Но, Лорел...

- Прошу тебя, убери их от меня.

Лорел торопливо взяла трубку. Не успела она поздороваться с Филиппом, как он засыпал ее вполне предсказуемыми вопросами.

- Ты представляешь, какую ночь я провел? кричал он ей в ухо. - Я уснул у телефона, дожидаясь твоего звонка! Я же измучился! Чуть не рассказал обо всем Лайзе.

У Лорел едва не сорвалось с языка, что, если бы его брак стоил хоть десять центов, он давно бы доверился жене.

- Я задержалась дольше, чем рассчитывала, спокойно произнесла она.

- Что ж, хороший признак, - пробормотал Филипп. - То есть, я хочу сказать... Как мне это понимать? Это действительно хороший признак?

Лорел, есть хоть какая-то надежда?

По дороге Лорел успела тщательно обдумать, что она скажет брату. И все же лгать оказалось мучительно трудно.

- Коннор ясно дал понять, что ему было бы непросто нам помочь. Издержки слишком велики, скрыть их практически невозможно. И он должен думать о своей репутации.

- Да к черту его репутацию! К чертям летит вся моя жизнь. Плевать я хотел на его репутацию!

Во время этой вспышки ярости Лорел отвела трубку от уха.

- А теперь, Филипп, я попрошу тебя успокоиться, - сказала она. - Еще Коннор сказал, что, может быть, и согласится заключить с нами сделку. Но свои условия он не назвал.

- Кто знает, может, захочет, чтобы мы передали ему всю фирму в собственность, - проворчал Филипп. - Этот тип никогда не упускал своей выгоды.

- Не думаю, что он хочет получить нашу фирму. Во всяком случае, ни о чем подобном речь не шла, - сказала Лорел, на этот раз не кривя душой.

Невзирая на возникшее предубеждение против Коннора, Лорел поморщилась от саркастических замечаний Филиппа. Ей даже захотелось защитить Коннора, и она не на шутку рассердилась на брата за его несправедливые обвинения. Но если она подозревает Коннора в жестокой мстительности, отчего же ей быть столь снисходительной к нему?

Злобный голос Филиппа снова привлек ее внимание, и она постаралась сосредоточиться на его словах.

- И когда же он скажет тебе, что он для нас припас? Сама знаешь, я не могу ждать бесконечно!

- Скоро, скоро скажет, - пообещала Лорел.

Она понимала, что ожидание для него мучительно, но не решалась открыть ему правду. Филипп начнет осаждать ее, умоляя, чтобы она согласилась на брак, будет давить на ее чувство ответственности и заставит почувствовать себя виноватой.

- Сделай что угодно, только поторопи его, просил Филипп. - Лорел, я не могу с этим жить. Я не могу есть, не могу спать. Он вынимает из меня Душу.

- Я знаю, как тебе тяжело. Но скоро мы получим ответ.

Она услышала неопределенный звук в трубке.

Но этот звук уже был ей знаком. Это Филипп бросил в рот таблетки и запил их водой.

- Филипп, что ты принимаешь? - осведомилась она.

- Транквилизатор. Очень легкий, - заверил ее брат. - Он мне совершенно не помогает. Надо будет сходить к врачу, чтобы прописал что-нибудь посильнее.