Стефани Лоуренс - Все о страсти

Но разум отказывался прийти на помощь, Джайлз чувствовал себя так, словно очутился в ловушке, вернее, в лабиринте, где на каждом повороте перед тобой встает глухая стена.

Девил незаметно подтолкнул его. Джайлз поспешил вскинуть голову. Гектор, собравшись духом, наконец начал:

- Дорогие и любимые! Мы собрались здесь...

Своим низким, грудным голосом она, Франческа Эрмиона Роулингс, клялась быть его женой, в болезни и в здравии, в беде и в радости, пока смерть их не разлучит.

И ему пришлось стоять и слушать все это без малейшей надежды на лучшее.

Девил дал Гектору кольцо. Епископ благословил его и положил на раскрытую Библию.

Джайлз взял кольцо и повернулся к новобрачной.

Она протянула левую руку. Он сжал ее ладошку, такую хрупкую и маленькую, и надел кольцо на безымянный палец. Кольцо легко надевалось до второго сустава, а потом пришлось нажать чуть сильнее. Впрочем, оно идеально подошло по размеру и засверкало зеленым огнем, совсем таким, какой сейчас горел в ее глазах.

Он поймал ее взгляд и оцепенел. Она чуть сжала губы и уже хотела незаметно отнять руку, но он не дал.

На счастье или несчастье, но теперь она принадлежит ему.

Он только сейчас отчетливо осознал это. Буйная, неуправляемая сила, совершенно примитивная и нерассуждающая, взыграла в нем.

- А теперь властью, данной мне Господом, объявляю вас мужем и женой. Гектор закрыл Библию и расплылся в отеческой улыбке. - Можете поцеловать невесту.

Джайлз выпустил ее руку Франческа, внешне спокойная, откинула вуаль. Он обнял жену и привлек к себе. Она быстро посмотрела на него: глаза расширены, губы приоткрыты...

Он наклонил голову и накрыл ее губы своими.

Этот поцелуй должен был стать простой формальностью. Легким соприкосновением уст.

Но все произошло иначе.

Его рука напряглась, удерживая Франческу. Язык скользнул сквозь преграду зубов. Невинная ласка превратилась в поцелуй обладания, утверждавший права мужа на жену, напоминавший о данных обещаниях, о принятых обетах, заключенных сделках, которые отныне следует выполнять.

Если она и удивилась, то лишь на миг. Переведя дыхание, она ответила поцелуем - огненным, вызывающим, безгранично страстным.

Первым пришел в себя Джайлз. И отстранился, понимая, что сейчас не время и не место для подобных вещей. Они молча смотрели друг на друга. И оба помнили, где находятся и что еще предстоит впереди. Они словно заключили безмолвное соглашение. Поскольку она была намного ниже и он прижимал ее к себе так сильно, никто ничего особенного не заметил.

Вновь зазвучали и раскатились аккорды: жена Гектора заиграла церковный гимн.

Франческа моргнула, уставилась на Гектора и попробовала высвободиться, но Джайлз лишь усилил хватку. И тотчас почувствовал руку епископа на своем плече.

- Прекрасно, прекрасно! Могу я первым поздравить новобрачную?

Ему пришлось отпустить Франческу. Он вынудил себя сделать это. Вынудил себя позволить Гектору взять ее за руки и поцеловать в щеку.

Девил похлопал епископа по плечу.

- Чудесная обязанность, требующая немедленного исполнения.

Джайлз повернулся, но было уже поздно. Девил не слишком вежливо отодвинул его в сторонку.

- Отойди-ка, Гектор. Сейчас моя очередь.

Их немедленно окружили гости, спешившие пожелать молодоженам счастья. Но Джайлз не отходил от невесты и упорно не желал подвинуться, хотя задние ряды напирали на передние. Все жаждали поприветствовать прелестную графиню, пожать руку жениха и высказать, какой же он счастливчик.

Дамы толпились перед Франческой. Хорэс дружески похлопал графа по спине:

- Ну и хитрюга же ты! Все эти разговоры насчет женитьбы ради наследников! Подумать только, что за вздор ты нес! Впрочем, я тебя не осуждаю: чертовски хорошенькая малышка!

- Она принесла в приданое Гаттинг, - напомнил Джайлз.

- Да, думаю, именно это и повлияло на твое решение, - ухмыльнулся Хорэс. - Но мне тоже не терпится поцеловать невесту.

Он отошел. Джайлз только головой покачал. Если уж Хорэс не верит...

Франческа приветствовала родственника с привычной учтивостью, хотя в голове беспорядочно метались невеселые мысли. Она была благодарна тем, кто спешил пожать ей руку, поцеловать, поздравить - словом, дать возможность отдышаться. Роль светской дамы не представляла для нее трудностей. Единственный ребенок у родителей, она сопровождала их на все балы и маскарады и чувствовала себя в высшем обществе как рыба в воде. Поэтому ее беспокоили вовсе не тяготы свадебного приема.