Ли Майклс - У тебя есть сын

- Но до моего дня рождения еще больше двух недель.

Миссис Джонсон рассмеялась.

- Ну, теперь нам удалось доказать всем, кто думал, что мы не сможем тебя удивить, что они не правы. Ты ведь действительно такого не ожидала, а, Линдсей? Мы так и решили, что ты ничего не заподозришь, если мы устроим вечеринку раньше и придумаем другой повод. Правда, со стороны мистера Гарднера было очень мило сделать вид, что эта вечеринка - в его честь?

А Линдсей и не заметила, что Гибб тоже здесь. Видимо, он появился в гостиной вместе со всеми, но не подошел к ней и теперь с несколько скучающим видом сидел на подлокотнике кресла.

Мило? Это слово меньше всего подходило для определения поступков Гибба Гарднера, и Линдсей пришлось приложить неимоверные усилия, чтобы вежливо кивнуть в знак согласия.

- Но должна признаться, - со смехом продолжала миссис Джонсон, - что, когда ты предложила приготовить ему небольшие подарки, мне стоило невероятных трудов не расхохотаться. Ну пойдем же, дорогая моя, вечеринка только начинается. - Она повлекла Линдсей к чайному столику и всунула ей в руки тарелку.

Около стола стояла Ския Оливер с ножом в руке и разрезала огромный разукрашенный торт. Вид у нее был не самый радостный, и Линдсей невольно подумала, а поведала ли ей миссис Джонсон о том, что вечеринка на самом деле устраивается не для Гибба?

Линдсей удалось незаметно отойти в сторонку, чтобы спросить Дейва:

- Ты что-нибудь об этом знал?

- Понятия не имел. Я хотел посмотреть фильм - только теперь, боюсь, уйти вовремя уже не удастся.

- Мне очень жаль, Дейв. Ты иди, если хочешь, я не обижусь.

- Ну уж нет - я останусь, хотя подобные компании и не очень люблю.

Линдсей увидела, как смотрит на нее Ския. Подойдя к столу, она взяла предложенный ей Скией кусок торта и чашку чая и, решила постараться хотя бы получить удовольствие от вечеринки.

Все приготовили для нее подарки - кто полезные, кто шуточные. Гибб вручил ей абонемент в ресторан "Ивы". Линдсей мысленно добавила ему очков за то, что он нашел такой подарок, в котором никто не усмотрел бы скрытого смысла.

Наконец гора свертков была разобрана, и остался только один - ее собственный. Линдсей посмотрела на него и вздохнула. Едва ли будет хорошо забрать эту чертову собаку обратно. Так что, решившись, она посмотрела на Гибба и весело сказала:

- У меня тоже есть для тебя подарок на новоселье.

Без особого восторга, но и не очень недовольно Гибб развернул бумагу и аккуратно сложил ее. Он не имел обыкновения мять и комкать упаковки; Линдсей почти забыла, как ее злила его долгая возня с каждым, даже самым маленьким и простым подарком. Казалось, обертка значила для Гибба больше, чем то, что внутри.

Ския наклонилась, чтобы посмотреть, что же там такое, и в первый раз за сегодня Линдсей удалось наконец как следует разглядеть ее руку. На безымянном пальце ничего не было, и она почувствовала блаженное облегчение, но тут же сердито одернула себя. Какая глупость - придавать значение каким бы то ни было поступкам Гибба!

Однако для нее это имело значение. И очень большое.

Она не хотела идти на вечеринку, и не потому, что боялась встречи с Гиббом, а потому, что ее страшили чувства, которые он вызывал в ней.

Всю неделю Линдсей твердила себе, что никаких чувств не осталось, а то, что с ней творится, вызвано только проснувшимися при его появлении воспоминаниями, и все прекратится, как только он уедет. Линдсей даже устала убеждать себя, что в тот вечер, когда они с Гиббом остались вдвоем в полутемной гостиной, то, что она испытывала, вполне нормально для любой женщины, оказавшейся наедине с мужчиной, некогда ею любимым. И, невзирая на эту вспышку, ее любовь вот уже девять лет как мертва.

Но стоило ей снова оказаться с Гиббом в одной комнате, как его магнетизм с новой силой начал давать о себе знать; все выдумки и фантазии исчезли, и Линдсей осталась лицом к лицу с голой правдой.

Она любит его, всегда любила и будет любить до конца жизни. Ссора, повлекшая за собой их развод, была бессильна уничтожить ее любовь. Ския заглянула в коробку с пестрой собакой.

- Ты, наверное, подбирала цвета сама, Линдсей? - захихикала она. - Какой очаровательный жест с твоей стороны - подарить Гиббу такую прелесть на новоселье.

Кто-то негромко добавил - Линдсей не заметила, кто:

- Это его точно очарует'.

- Ну ладно, вечеринка продолжается. - Гибб закрыл коробку и отодвинул ее в сторону. - Спасибо за заботу, Линдсей.

- А как же иначе! - процедила Ския сквозь зубы. - Она изо всех сил старается, чтобы ты почувствовал себя как дома. Кошмар какой-то, не правда ли?