Джессика Рэндел - Путь к сердцу

- Ванесса ведет себя очень мирно, когда выпьет.

- Никаких матросских песен? Скандалов? Никаких танцев на столах? Бенедикт очаровательно улыбнулся, и добродушный Ричард тут же попался на удочку.

- Зря я позволил ей прикончить большую часть второй бутылки, доверительно сообщил он как мужчина мужчине. - Но я был за рулем, и она сказала, что несет моральную ответственность и должна быть уверена, что я не превышу допустимый предел при проверке на алкоголь. Что я мог сказать? Конечно, это было еще до того, как она начала видеть все в смешном свете. Боюсь, мне пришлось спешно отвезти ее домой, когда на нее напал ужасный приступ хихиканья.

- Так вы еще и хихикаете? - Глядя на Ванессу, Бенедикт недоверчиво поднял брови. Но лицо ее хранило абсолютно каменное выражение, застывшее от ужаса при мысли о том, что Ричард вот-вот проговорится, как рано он отвез ее домой.

- Думаю, вчерашнее шампанское еще дает о себе знать, у меня опять заболела голова, - твердо произнесла она.

Ричард засмеялся, принимая этот демонстративный намек.

- И я уже опаздываю к ветеринару.

- Вы действительно не зайдете? Могли бы поболтать, пока Ван не разыщет аспирин.

Ванесса заскрежетала зубами, но Ричард, к счастью, на этот раз не попался.

- В другой раз. Вы долго здесь пробудете?

- Не знаю. Поживем увидим, - Бенедикт отвечал со своей обычной сдержанностью, а потом небрежно бросил, отчего Ванесса затаила дыхание. - Я думаю отделить наверху помещение, устроить частную квартиру и поселить там управляющего, чтобы тот присматривал за хозяйством гостиницы. Отделочные работы зашли еще не настолько далеко, чтобы нельзя было без дополнительных затрат времени и денег внести еще несколько изменений в конструкцию. Так что скоро я, может быть, стану бывать здесь более или менее постоянно, Уэллс. В нашем возрасте начитаешь подумывать об оседлой жизни...

Когда Ричард уехал, Ванесса резко обратилась к Бенедикту:

- Зачем вы это сказали?

- Потому что решил, что у вашей идеи есть определенные преимущества. И тут же искусно отбил у нее охоту продолжать дискуссию на эту тему, саркастически протянув:

- Теперь я вижу, почему вы нравитесь друг другу. Вы великолепная пара отрицательное и положительное, светлое и темное, земной бог и хихикающая богиня. При породистом приплоде ваши дети создадут расу чистокровных титанов!.. Ну что, пойдем дальше и осмотрим теперь служебное помещение?

Он круто повернулся и прошествовал в дом, оставив Ванессу стоять с разинутым ртом, в бешенстве от его оскорбительной наглости.

Глава пятая

Через неделю Ванесса чувствовала себя как выжатый лимон.

Но винила она только себя. Ей было отлично известно, что хозяин может пребывать в бездействии не дольше нескольких часов. Он почему-то решил, что ему необходим отпуск, однако на самом деле это было ему не нужно.

Наблюдая, как мистер Сэвидж целыми днями беспрестанно вмешивался и ставил под сомнение все, что сделала или собиралась сделать Ванесса, она поняла, чего ему действительно хотелось, - перемен. Он восставал против малейшего вмешательства в свою налаженную профессиональную жизнь, а импульсивные предложения Ванессы прекрасно позволяли ему отыграться на ней, давали возможность капризничать - ведь она не могла поверить, что хозяин действительно собирается отказаться от своих постоянных разъездов и окунуться в стоячее болото быта провинциальной гостиницы.

Как, к сожалению, оказалось, он относился к своим капризам так же серьезно, как и ко всему, что делал, так же скрупулезно их планируя и следуя им. Во-первых, он решил, что просто обязан подробно ознакомиться с историей Уайтфилда и его реконструкцией, он даже вызвал к себе Роберта Тейлора для специальной консультации и тщательно проработал все старые отчеты Ванессы. Потом он начал шататься по всему дому. "Дюзенберга" уже не было и в помине Ванесса ужасно жалела, что Дэйн Джадсон арендовал его всего лишь на уик-энд, а не на целую неделю, - и теперь ничто не могло выманить Бенедикта из дома; куда бы Ванесса ни пошла, она неизменно всюду на него натыкалась. Последние три года она фактически единолично заправляла всеми делами Уайтфилда, и теперь необходимость спрашивать мнение и подчиняться решению кого-то вышестоящего показалась Ванессе даже более неприятной, чем она предполагала.

Более оптимистично на все это смотрела Кейт Райли, которая была приходящей прислугой и постоянно не жила в доме, поэтому ее общение с хозяином ограничивалось довольно непродолжительными встречами.